Европа слабеет и поучает Израиль: континент, потерявший ориентиры
Возможно, следует прийти к выводу, что сегодняшняя Европа, несмотря на Вторую мировую войну, Холокост и Холодную войну, не так уж сильно отличается от Европы вчерашнего дня, и не только в еврейском вопросе.
Европа сходит с рельсов. Это, по крайней мере, вывод статьи, опубликованной в газете «Нью-Йорк таймс», которая указывает на ряд недостатков и провалов в политическом, экономическом, технологическом и других аспектах деятельности стран континента. Израиль заинтересован в этой теме не только потому, что Европа является его основным торговым партнером, но и потому, что европейские институты и некоторые страны континента позволяют себе относиться к Израилю высокомерно и дискриминационно.
Любое событие на «Западном берегу», не говоря уже о секторе Газа или Ливане, вызывает в Евросоюзе резкую реакцию, сопровождаемую критикой и предупреждениями о бойкотах или санкциях. Ни жестокое убийство масс противников режима в Иране, ни геноцид в Судане, ни изгнание мигрантов в Южной Африке не вызывают подобной реакции, а вот действия ЦАХАЛа против террористов на юге Ливана и в секторе Газа или, если проводить различие, беспорядки, устроенные кучкой экстремистов в деревне Кусра, — вызывают.
По всей видимости, мы должны быть довольны тем избыточным вниманием, которое получаем на континенте, имеющем перед нами огромный долг, накопившийся за две тысячи лет преследований, инквизиций и погромов, и с которым мы также связаны нитями истории, к добру или к худу. Но, парадоксальным образом, мы заранее оказываемся под прицелом обвинений по любому вопросу, без попыток установить факты. Действия хулиганов в Кусре действительно серьезны и заслуживают всяческого осуждения, и именно так они воспринимаются большинством самих израильтян, включая правительство и поселенцев. Но в Европе это немедленно превращается в коллективное обвинение, в духе традиции обвинять евреев в любом преступлении, реальном или мнимом.
В то время как наши отношения с Европой зависят от нашей любви-ненависти к ней, невозможно закрыть глаза на другие явления, влияющие на положение континента и его будущее, такие как демографическая исламизация в некоторых его странах, особенно в западной части. Комментаторы утверждают, что Европа утратила способность управлять собой и что она подвержена ситуациям, которые находятся вне ее контроля. Они приводят в пример войну против Ирана и ее последствия, включая блокаду Ормузского пролива и рост цен на топливо.
Те же комментаторы не делают акцент на вопросе, почему Европа, как часть свободного западного мира, не считает себя партнером в борьбе против враждебной оси Китая, России, Ирана и Северной Кореи, цель которой — свести на нет ценности свободы и демократии Запада. Не говоря уже о том факте, что Иран стремится к уничтожению Государства Израиль.
В этом смысле, по сути, нет ничего нового. Эвианская конференция, собравшаяся накануне Второй мировой войны во Франции с участием представителей Европы и США, избегала любых шагов, которые могли бы предотвратить часть событий Холокоста, включая открытие ворот Эрец-Исраэль для еврейских беженцев. Возможно, следует прийти к выводу, что сегодняшняя Европа, несмотря на Вторую мировую войну, Холокост и Холодную войну, не так уж сильно отличается от Европы вчерашнего дня, и не только в еврейском вопросе, но и с точки зрения ее готовности защищать себя от угроз изнутри и извне.
На это намекнула итальянский профессор Натали Точчи, отметившая, что опрос Gallup в 2024 году показал, что только треть жителей Европы были бы готовы защищать свою страну в случае нападения. После прихода Гитлера к власти в Германии студенческая организация Оксфордского университета проголосовала значительным большинством против возможности защищать свою родину в случае войны. В исторической перспективе, возможно, не Мюнхенское соглашение, умиротворение немецкой агрессии в Чехословакии и Чемберлен были исключением, а Уинстон Черчилль, который предвидел будущее и требовал подготовиться к нему, был исключением.
Отступление Европы проявляется и в других областях: экономический рост, даже в Германии, которая раньше была экономическим локомотивом континента, стремится к нулю. Основные технологические исследования проводятся в США и Китае (и в Израиле). Прославленная автомобильная промышленность оказалась в борьбе за выживание. Сырьевые ресурсы на континенте сильно истощились. И даже центр большинства искусств давно переместился в Нью-Йорк (если только не считать футбол искусством).
Несмотря на все это, мы не должны относиться к Европе в ее сумерках равнодушно — и не только потому, что она наш сосед и потому, что Израиль как средиземноморское государство во многих отношениях является частью Европы, а не пустынного Ближнего Востока. Даже если Европа еще не проснулась перед лицом опасностей, которые ей угрожают, она все еще может сыграть положительную роль перед лицом опасностей, угрожающих свободному миру.
