Турецкий марш: Нетаниягу, опасаясь опросов, втягивает Израиль в войну?

Вот два события, произошедшие позавчера: первое — израильский удар по аэропорту в Сирии, согласно сообщениям, нанесенный для предотвращения турецкой экспансии в районы, находящиеся вне зоны ее нынешнего контроля.

Второе событие — публикация опроса на «канале по заказу», 14-м канале, согласно которому «блок Нетаниягу» получает 63 мандата. Утверждение о том, что это противоречит любому объективному опросу, было бы мягко сказано.

Самое время напомнить, что тот, кто одобрил удар в Сирии, — это тот же человек, который одобрил публикацию результатов опроса, выглядящего на первый взгляд абсурдным.

Оппонентам Нетаниягу этого хватило, точнее — не всем. В то время как в центре антибибистского лагеря Беннет и Айзенкот остерегались критиковать Нетаниягу таким образом, который мог быть истолкован общественностью как отсутствие поддержки ЦАХАЛа (да и Авигдор Либерман, у которого обычно нет проблем с тем, чтобы приписать Нетаниягу злые умыслы, промолчал), «демократы» Яира Голана поспешили раскритиковать премьер-министра за то, что он втягивает Израиль в ненужную авантюру — на грани войны с такой региональной державой, как Турция — исключительно ради выборов.

Нетаниягу подозревают не только «демократы», и он это прекрасно знает: со времен операции «С львиным сердцем» летом 2025 года он заботится о том, чтобы подкреплять любой инициированный военный шаг дополнительными заявлениями от имени пресс-секретаря ЦАХАЛа или даже самого начальника Генштаба. Немного странная привычка для того, кто, мягко говоря, не любит делить с другими лавры за успешную оперативную деятельность.

И на этот раз начальник Генштаба встал на сторону Нетаниягу, пусть и не прямыми словами: на следующий день после того, как Нетаниягу взял на себя политическую ответственность за удар, генерал-лейтенант Эяль Замир посетил солдат ЦАХАЛа, находящихся на сирийской земле, и говорил о предотвращении угроз безопасности Израиля.

Опасная эквилибристика

Отложим на минуту начальника Генштаба и вернемся к Нетаниягу, которого странный опрос пытался дистанцировать от предвыборных соображений. Даже если принять допущение, что речь идет о маневре для внутренних нужд, он проделал хорошую работу. Противники Нетаниягу, которые осуждают его как за политику сдерживания до 7 октября, так и за соглашения, которые могут оставить ХАМАС у власти, а «Хезболлу» — ведущей силой в Ливане, с трудом могут критиковать его за то, что на первый взгляд выглядит как противоположная политика.

Проблема в том, что при всем политическом восхищении шагом Нетаниягу, здесь есть опасность реального столкновения с региональной державой. Насколько реального? Если судить по словам американского посланника в регионе, Турция и Израиль находились «на грани войны» — опасность, о которой граждане Израиля, уже знающие все открытые фронты (от Газы через Ливан до Ирана), услышали впервые только после того, как она не разразилась.

Так стали ли мы свидетелями изменения политики Израиля, продиктованного реальной потребностью безопасности, или агрессии ради выборов, которая едва не стоила нам дорого? Что ж, у граждан Израиля нет никакого реального представления.

Здесь начальник Генштаба Замир возвращается в уравнение. Его позиция справа от Нетаниягу, пусть и косвенно, легитимизирует удар в глазах большинства израильтян — точно так же, как он делал это несколько раз за последние полтора года, с момента назначения на должность.

Отношения между начальником Генштаба и канцелярией премьер-министра странные: бывают недели, когда кажется, что они скоординированы до мельчайших деталей, по сравнению с неделями, когда кажется, что они противостоят друг другу: «шофары» (рупоры) Нетаниягу в СМИ набрасываются на начальника Генштаба и называют его «капланистом», пытаясь возложить на него ответственность за то, что начинает вырисовываться как провал в Газе.

Замир, со своей стороны, не колеблясь поднимает острые разногласия, которые есть у ЦАХАЛа с Нетаниягу и его правительством по вопросу призыва, и тем самым наносит удар по правительству в одной из самых чувствительных сфер в глазах избирателей, которые его покинули (если только вы не верите опросам 14-го канала).

Вопрос доверия

В конечном счете речь идет о вопросе, который израильская общественность почти не имеет возможности оценить объективно. С одной стороны, логично предотвратить зарождающуюся угрозу. С другой стороны, реальное влияние Турции в Сирии измеряется не ее закреплением в том или ином аэропорту, а почти абсолютным контролем, который она имеет над новым режимом.

Более того: Турция вместе с Катаром добилась далеко идущего влияния также в органе под названием «Совет мира», который определит (даже для Израиля!) будущее сектора Газа, так почему же нам вдруг стало срочно необходимо предотвращать угрозу, гораздо более далекую от израильской границы?

Таким образом, эта дискуссия также сводится к вопросу, верят ли люди Нетаниягу или нет. Тот, кто не верит этому человеку, в любом случае поверит в любую теорию заговора, связанную с его именем. Тот, кто верил ему до сих пор, продолжит слышать «глаголы божьи» в каждом его слове, даже когда он решает, довольно странным образом, процитировать знаменитое «don't» Джо Байдена (интересно, что думает об этом некто по имени Дональд Трамп).

Так чем нынешний конфликт отличается от предыдущих вопросов в отношениях между премьер-министром и начальником Генштаба? Два основных изменения: первое — ставки выросли. Ликвидация в Газе, которая, возможно, повлечет за собой американскую критику, не похожа на антитурецкую акцию на сирийской земле, которая может втянуть Израиль в нечто гораздо более масштабное.

Второе изменение — это позиция начальника Генштаба: с одной стороны, долг ЦАХАЛа — выполнять приказы политического эшелона. С другой стороны, в это время каждый такой шаг имеет политическое значение. Другими словами: удар в Сирии Замир обязан был нанести, но от визита на ее территорию на следующий день ему следовало воздержаться.