Между Голдой и Нетаниягу: битва за память о войне
Как и после 1973 года, сегодня предпринимаются попытки превратить стратегическое достижение в политическое поражение, стирая грань между виной и ответственностью. Оппозиция надеется, что общество запомнит лишь начало войны, проигнорировав успех в переломе ситуации.
Оппозиция стремится сделать с Нетаниягу то же, что было сделано с Голдой Меир: превратить стратегическую победу в войне в политическое поражение. Она рассчитывает, что общественность запомнит только начало боевых действий и проигнорирует успех в том, что ситуацию удалось переломить.
Израиль сегодня обладает преимуществом, подобным тому, которое Голда оставила Ицхаку Рабину, и есть основания надеяться, что мы одолеем Иран так же, как одолели Египет.
Голду вынудили уйти в отставку после победы на выборах в конце декабря 1973 года (несмотря на потерю 5 мандатов), в то время как Нетаниягу надеются свергнуть на самих выборах. Голду сместили демонстранты, большинство из которых принадлежали к ее противникам в ее же собственном лагере — «голубям» из партии «Авода» и МАПАМ. По их утверждению, именно она была виновна в провале 1973 года, а не начальник Генштаба и глава АМАН, как установила комиссия Аграната.
Они отвергли выводы комиссии о том, что она несла лишь «министерскую» ответственность за неудачу, не будучи виновной в ней напрямую. В отличие от той ситуации, сторонники Нетаниягу в подавляющем большинстве остались верны ему, даже перед лицом масштабных и порой насильственных демонстраций, а также противодействия оппозиции во время войны. Поэтому их презрительно называют «бибистами», то есть гражданами, якобы лишенными способности к суждению, в то время как «просвещенная» часть общества надеется победить их на выборах. Демонстранты 1974 года, как и участники протестов на улице Каплан, с трудом замечали стратегический прорыв Израиля. Тогда казалось, что Садат, нефтяной картель и враждебная Европа вот-вот покорят Израиль.
Когда реальность изменилась
Три года спустя ситуация трансформировалась, но до сих пор почти никто не ставит в заслугу Голде то, что она вынудила Египет подписать сепаратный мир и отказаться от мечты Насера о панарабской империи. Рабин и Перес сменили ее и Моше Даяна в 1974 году без выборов, а затем проиграли Менахему Бегину в 1977-м. «Голуби» захватили контроль над партией «Авода». Когда Садат прибыл в Иерусалим, почти никто не понимал, что это стало результатом победы 1973 года под руководством Голды и настойчивости ее правительства, а также правительств Рабина и Бегина в требовании, чтобы Египет оставил свои имперские амбиции. Успех в принуждении Каира отказаться от «палестинского вопроса», служившего лестницей к статусу доминирующей державы на Ближнем Востоке, был запоздалым результатом победы 1973 года.
Тогдашние «голуби» из рабочего движения разделяли с нынешней оппозицией то же политическое мировоззрение: все начинается и заканчивается палестинцами и их якобы нерешенным вопросом. Если бы только Голда ответила на «мирные предложения» арабов, потерь 1973 года удалось бы избежать. Те предложения не были мирными — это были планы по поэтапной ликвидации Израиля, но факты оппозицию не интересовали.
Точно так же звучат утверждения, что если бы Нетаниягу не проводил политику «разделяй и властвуй» между ФАТХ и ХАМАС, и если бы он вернул Абу Мазена (Махмуда Аббаса) в сектор, ужаса 7 октября удалось бы избежать. Это абсурд: не Израиль разделил Газу и Рамаллу, и не он сбрасывал сторонников ФАТХ с крыш в 2007 году. Поэтому оппозиция вынуждена «подкреплять» свою позицию подлыми заявлениями о «финансировании ХАМАС». Неважно, что катарские денежные переводы были следствием палестинского раскола, произошедшего до возвращения Нетаниягу к власти, и что они продолжались, когда нынешняя оппозиция была у руля. Неважно и то, что альтернативой катарским деньгам было бы кровопролитное вторжение и оккупация сектора для возвращения туда Абу Мазена — шаг, о котором никто в обществе и среди его соперничающих лидеров даже не помышлял.
Риторика оппозиции деградировала до низости: руководство Израиля обвиняют в предательстве прямо во время войны. В отличие от ситуации 1973 года, на этот раз решение примут граждане на выборах. Они должны осознать, что комиссия Аграната была принципиально права: вина командующих армией и разведкой фундаментально отличается от ответственности правительства.
Отсутствие разграничения между виной и ответственностью вредит стране, освобождая командующих армией и Шабак от ответственности или затушевывая их вину в функциональном коллапсе в ночь на 7 октября, в игнорировании разведданных и в провале строительства и применения силы. Это не провалы премьер-министра, несмотря на то, что Нетаниягу несет ответственность за назначение тех, кто допустил эти ошибки. Большинство израильтян это понимают.
