Моран Розенблат: «Я учусь быть собой вне актерских рамок»
Актриса Моран Розенблат, известная по сериалу «Фауда», откровенно рассказала о кризисе 40 лет, страхе перед камерой и необычном опыте совместного родительства с тремя другими людьми.
Незадолго до интервью Моран Розенблат спросила у ChatGPT, пересекались ли наши пути в прошлом. Искусственный интеллект ответил отрицательно, но актриса помнила иначе — и оказалась права. Несмотря на периодические неточности, Розенблат все чаще обращается к нейросетям, чтобы привести мысли в порядок. Однако есть вещь, с которой даже технологии пока не помогли: как женщина, почти 20 лет работающая перед камерами, до сих пор испытывает трудности с тем, чтобы просто включить телефон и заговорить на камеру от своего имени.
«У меня нет смелости говорить перед камерой телефона. Просто нет, — признается она в интервью журналу ynet. — На сеансах терапии мне советовали делать репетиции — записывать себя, не публикуя. Я пробовала, но не получилось. Я очень верю в терапию, но этот барьер оказался сильнее».
На вопрос, как человек, играющий интимные сцены и обладающий огромным опытом съемок, может испытывать такой страх, Моран отвечает:
«Это очень странно. Я не знаю, как это объяснить, в этом есть привычки из прошлого. Скажем, привычка думать, что я недостаточно интересна. В кино ты опираешься на чужой текст, на роль, которая не является тобой, и это делать ужасно легко. А смотреть в камеру и выкладывать видео в сеть — это смущает. Я чувствую себя не в своем возрасте, будто упустила поезд. Неужели сейчас, спустя десять лет, когда людям начинает надоедать Instagram, я начну выкладывать видео, чтобы просто поставить галочку?»
Поиск себя вне актерства
Розенблат признается, что хочет выразить что-то настоящее, не связанное с актерской игрой. «Я могла бы вести подкаст, и очень хотела бы это сделать. Раньше я дрожала перед каждым интервью, боясь сказать лишнее, у меня была жесткая самоцензура. Сегодня я смотрю на молодое поколение и восхищаюсь их свободой — я так не привыкла».
Сейчас актриса переживает непростой период: «У меня есть спад в карьере по количеству работы. Я играю в театре, мы снимали «Фауду», которая транслируется сейчас, но нам нужно, чтобы нас выбирали. Количество предложений за последние два года, с тех пор как я родила, сократилось, и это пугает меня. Я вижу все в черном цвете. Конечно, есть голос разума, напоминающий, что актерская жизнь циклична, а сейчас еще и война, из-за которой международные проекты практически исчезли. До войны я делала два прослушивания в месяц для зарубежных проектов, а за последние два года — ни одного».
Розенблат (40 лет) блистает в новом сезоне «Фауды», который она считает лучшим. Профессиональные отношения с создателями сериала Лиором Разом и Ави Иссахаровым переросли в крепкую дружбу. В ее послужном списке — премия «Офир» за роль в фильме «Бумажная свадьба», а недавно она попробовала себя в режиссуре с короткометражной лентой «Некролог», также номинированной на премию «Офир».
«Мое желание — преуспевать в выборе и не зависеть от ожидания хороших ролей. Эта зависимость пугает всегда, вне зависимости от занятости. Актерство перестало меня полностью удовлетворять, мне нужно было больше, и режиссура стала безумным вызовом», — делится она.
«Я влюбилась в идею совместного родительства»
Если в карьере для Моран все строится на контроле, то в личной жизни она решила его отпустить. В 35 лет, после расставания с партнершей, она выбрала формат совместного родительства с тремя другими людьми.
«Мои биологические часы тикали, и я не хотела торопить себя в отношения только ради того, чтобы успеть родить ребенка. Мы познакомились через общих подруг, и это ужасно сработало. Мы четверо родителей, которые принимают решения вместе, мы согласны во всем и любим проводить время вместе. Во время войны мы даже жили полтора месяца у родителей парней».
На вопрос о том, не возникало ли сомнений в правильности такого выбора, Моран отвечает:
«Конечно, возникали. Но скорость, с которой они улетучиваются, удивительна. Потому что эти люди — те, кого я очень люблю и ценю. С нашей точки зрения, мы все — папа и мама. Мы прошли через центры «Другое родительство», подписали договор на 14 страниц, обсудили все вопросы — от образования до того, что будет, если кто-то из нас уйдет из жизни. Мы поняли, что очень похожи в восприятии жизни, поэтому большинство вопросов решились сами собой».
Сегодня Моран открыто говорит о своем опыте, считая это важной миссией. «Я чувствую, что мой ребенок полон уверенности, он умный, открытый и динамичный. Мы в Тель-Авиве, где это довольно норма, поэтому реакция окружающих обычно спокойная. Я очень охотно делюсь информацией, ведь этот формат становится все более распространенным даже среди гетеросексуальных пар».
