Мой секрет и секрет Нехемии Бен-Авраама
В 1970 году сборная Израиля единственный раз сыграла на чемпионате мира в Мексике. Я, 13-летний ребенок, пошел на бесконечные ухищрения только для того, чтобы услышать, как мои кумиры вырывают ничью у вице-чемпиона мира.
За несколько месяцев до чемпионата мира 1970 года я праздновал свое 13-летие. Сборная Израиля по футболу преподнесла мне незабываемый подарок на бар-мицву: победа над Австралией в финальном этапе отборочного турнира обеспечила исторический выход на игры чемпионата мира в Мексике. Но разница во времени между странами грозила лишить меня возможности послушать матчи. Именно послушать, а не посмотреть, поскольку израильское телевидение, находившееся тогда в зачаточном состоянии, еще не могло вести прямые спортивные трансляции из-за границы. В отличие от него, «Коль Исраэль», ведущая радиостанция, транслировала игры национальной сборной в глубокие ночные часы.
Трансляцию двух первых игр Израиля — против Уругвая и Швеции — мне не удалось услышать из-за бескомпромиссной родительской ответственности моей матери («Ты с ума сошел? Завтра в школу!»). Третью и решающую игру против чемпиона Европы, Италии, я уже не был готов пропустить. Я разработал коварный план: ушел в свою комнату спать относительно рано, надеясь, что мама уснет до начала матча в полночь. Я лежал в темноте около двух часов, представляя битву Мотеле Шпиглера и Гиоры Шпигеля против обожаемых суперзвезд: Ривы, Риверы, Маццолы и Бонинсеньи.
В назначенный час я включил наш маленький радиоприемник, «транзистор», как говорили тогда, спрятав его глубоко под подушкой. Голос легендарного комментатора Нехемии Бен-Авраама отправил меня прямиком на траву футбольного стадиона в городе Толука на девяносто минут невероятного напряжения. Чтобы выйти в четвертьфинал, наша сборная должна была победить Италию, что казалось безнадежной задачей. Но, учитывая ничью 1:1, которую Израиль вырвал четырьмя днями ранее у Швеции, я питал веру в невозможное.
Ход игры метался в лихорадке между мучениями и надеждой. Дважды Италия забивала, дважды голы отменялись из-за нарушений правил. Итальянские нападающие осаждали наши ворота и создали десятки опасных моментов. Мячи свистели рядом с воротами Израиля, а один из ударов даже потряс штангу. Героическая самоотверженная игра защитников и вратаря Високера вырывала из горла Нехемии Бен-Авраама пиковые октавы, которые заставляли меня снова и снова убавлять громкость, чтобы не быть пойманным с поличным… Были и израильские атаки, и даже большой промах. Только спустя много лет, когда я впервые посмотрел запись игры на YouTube, я понял, насколько близко мы были в ту ночь к сенсационному сюрпризу.
Но и ничья стала впечатляющим результатом, и масштаб достижения Израиля прояснился позже, когда Италия дошла до финала чемпионата мира против Бразилии великого Пеле, которая и завоевала заветный кубок. Я тоже записал на свой счет прецедентное достижение: не спал до двух часов ночи, встал вовремя в школу, а мой секрет так и не был раскрыт и остался только между мной и Нехемией Бен-Авраамом, который говорил со мной из далекой Мексики…
После успеха на чемпионате мира 1970 года ожидания от нашей футбольной сборной были высокими, несмотря на то, что израильские игроки еще не были востребованы в других странах, а израильская лига не считалась особенно качественной. Но затем разразилась война Судного дня, а вслед за ней — бойкот против Израиля, инициированный арабскими и мусульманскими странами. Израиль был исключен политическим решением из спортивных структур Азии. В результате нас постепенно распределили в европейские структуры, и путь к участию в престижных международных турнирах стал труднее, чем когда-либо. На протяжении более пяти десятилетий мечта вернуться на чемпионат мира приносила только горькие разочарования.
И все же нельзя отказываться от страстного желания достичь самых высоких вершин. Точно так же, как кричал Нехемия Бен-Авраам, комментируя незабываемый гол Шпиглера в той игре против Швеции:
«Шпиглер сделал это! Какая красота нашего игрока! Такой гол может быть и в финале!»
