Мы дошли до красной черты: насилие на холмах ставит под угрозу достижения войны

Из твита немецкого посла Штефана Зайберта против поселенцев можно сделать один вывод: если бы Германия не была вынуждена ежедневно находиться под давлением памяти о Холокосте, она сегодня, по всей видимости, относилась бы к войне и Израилю не лучше, чем Испания. Можно предположить, что она была бы даже хуже.

Зайберт, специализирующийся на обзорах военного дня в нескольких строках в сети X, написал: «...и в параллельной реальности: насильственные бесчинства поселенцев в палестинских деревнях после трагической гибели... одного из своих». «Одного из своих», значит? Ведь известно, что «мы» — сотрудники немецкого посольства, члены редакции «Гаарец» и часть израильского общества — презираем «их», тех самых поселенцев.

И после всего этого нужно прояснить правительству, и особенно премьер-министру, который по уши занят руководством войной, что мы достигли красной черты в вопросе тех самых анархистов — в прошлом людей «Таг мехир» — на холмах Иудеи и Самарии.

Можно констатировать, что группа молодых людей, которая почти каждую неделю, если не каждый день, нападает на палестинских жителей, ставит под угрозу все достижения войны. Более того, эти погромщики наносят удар по хрупкому согласию внутри израильского общества относительно принципов политики Израиля после 7 октября.

Иногда кажется, что в сердце израильского общества существует неисцелимый раскол. Как будто с момента объявления юридической реформы, и тем более после 7 октября, больше нет никакого согласия и не существует единства ни по одному вопросу. Так давайте скажем прямо: есть широкое согласие в том, что на территориях Иудеи и Самарии больше не возникнет арабское государство. И существует очень широкое негласное согласие вокруг войны против иранской угрозы.

Чтобы понять это, нужно просто вернуться в архив к газетам 1982–1983 годов, времен войны «Мир Галилее», которая превратилась в Ливанскую войну. Разговоры об отказе от службы и саботаже войны сегодня открыты и сопровождаются действиями, и поэтому можно даже отметить широкое согласие как одно из достижений премьер-министра.

Помимо консенсуса относительно предотвращения создания палестинского государства, существует также широкое согласие между частями правых и левых — включая значительные сегменты системы безопасности и, конечно, среди поселенцев в Иудее и Самарии — в том, что границы должны быть безопасными, а угрозы за рубежом должны быть ликвидированы в глубокой полосе территории, которая не позволит враждебным элементам закрепиться. Это осуществляется в Газе, в Южном Ливане и в Иудее и Самарии.

Группа хорошо организованных погромщиков, которые, по всей видимости, чувствуют себя в безопасности и верят, что им не причинят никакого вреда, ставят под угрозу эти достижения; ситуация может обернуться против них и против всего Израиля. Это снижает мотивацию у правых и увеличивает вероятность того, что альтернативное правительство будет действовать вопреки урокам 7 октября. Что требуется, так это дать различным правоохранительным органам все инструменты для подавления этого насилия. На территориях есть армия, полиция и Шабак, и есть гиперактивная юридическая советница. Это не вопрос равенства перед лицом угрозы арабского террора. Это не одно и то же. Но это, тем не менее, угроза, которая превращается в стратегическую помеху, и ее нужно подавить.

Мы дошли до точки, когда уже невозможно обвинять общественность поселенцев в том, что они не делают достаточно для борьбы с этой «заразой». Это позор, что представители правительства собираются для обсуждения этого вопроса вследствие американского давления. Премьер-министр Нетаниягу должен был сказать что-то против насилия, но можно понять, почему у него есть проблема в этом вопросе, и это не политическая проблема. Если Нетаниягу выскажется резко публично, это подольет масла в огонь и раздует заголовки во всем мире. Но низкий публичный профиль премьер-министр обязан подкрепить делами. Решительными делами, которые будут говорить вместо него.