«Мы потеряли Америку из-за политики Израиля». Так ли это?

График появился на этой неделе повсюду, а вместе с ним и вывод — быстрый, удобный и ошибочный. Только 13% американцев в возрасте 18–34 лет придерживаются сегодня положительного мнения об Израиле по сравнению с 26% в 2023 году. Вывод, сделанный автоматически: Израиль потерял целое поколение. Военная операция в Газе привела к этому. Биньямин Нетаниягу привел к этому. Измените политику, смените лица, и, возможно, вы вернете молодежь.

Это не анализ. Это паника, ищущая статистический фиговый листок и нашедшая его в опросе NBC. Однако статистическая корреляция между двумя данными не является причинно-следственной связью. Кроме того, почти нет ни одного социального явления, которое можно было бы объяснить только одной переменной. Это первый урок статистики, и именно потому, что тема серьезна, актуальна и представляет собой реальную угрозу национальной безопасности Израиля в среднесрочной и долгосрочной перспективе, необходимо проделать правильную работу. Если мы поставим неверный диагноз, мы выберем ошибочный путь решения.

Поэтому, прежде чем формировать политику на основе одного графика, стоит задать простой вопрос: что еще произошло с американской молодежью за тот же период? Есть ли скрытые переменные, которые могут дать лучшее объяснение? Опрос Гэллапа уже 25 лет отслеживает один показатель: насколько американцы гордятся тем, что они американцы. В 2001 году 87% демократов ответили «очень горжусь» или «чрезвычайно горжусь». Сегодня — 36%. Падение на 51% за одно поколение. Республиканцы, для сравнения, оставались абсолютно стабильны на протяжении всего периода (92%).

Это не второстепенный показатель. Это глубокое культурное изменение. Значительная часть молодых американцев, особенно те, кто идентифицирует себя с левыми демократами, прошли через процесс отчуждения от самой национальной идеи. Отчуждение от Америки, от применения силы, от ее институтов, от ее «победного» нарратива. Не только от Израиля. От всего, что воспринимается как выражение национальной мощи, суверенитета, государства, защищающего себя военной силой. Когда понимаешь это, желтый график читается совершенно иначе. Снижение поддержки Израиля среди американской молодежи не обязательно является исключительно результатом того, что Израиль сделал в Газе или осуществляет в Иране. Это выражение многолетней тенденции, в которой Израиль как еврейское, суверенное, военное государство стал символом всего того, с чем молодые американские левые чувствуют дискомфорт. Неважно, кто стоит во главе него. И не обязательно из-за Нетаниягу.

Чтобы проверить свои размышления, я воспользовался помощью нескольких друзей в израильских академических кругах и проверил в государственном архиве, когда Израиль начал серьезно сталкиваться с вызовом международной легитимности. Краткое исследование наткнулось на документ, который должен заставить усомниться любого, кто верит, что речь идет о новом явлении: отчет, представленный правительственной проверочной комиссией министерскому комитету по вопросам разъяснительной работы (хасбары) в декабре 1969 года — через 500 дней после победы в Шестидневной войне. Правительство Голды Меир, не правительство Нетаниягу. Вот что там написано:

«Накануне Шестидневной войны симпатия к Израилю достигла своего пика. С момента нашей победы, по всей видимости, произошло определенное снижение этой симпатии».

И еще:

«Государство Израиль, побеждающее в военных кампаниях, неуклонно и непрерывно проигрывает в кампании разъяснительной. Возник разрыв между нашим имиджем в наших собственных глазах и нашим имиджем в глазах мирового общественного мнения, источником которого является изменение мирового общественного мнения и чрезмерные ожидания жителей Израиля относительно нашей способности влиять на него. Этот разрыв приводит к созданию имиджа "провалов в разъяснительной работе"».

Комиссия, в которую вошли 52 свидетеля, провела 19 заседаний, и ее выводы были представлены Абе Эбану; она хладнокровно анализирует враждебные силы. И поразительна точность, с которой она описывает мир, выглядящий как наш сегодняшний:

«Израильская разъяснительная работа сталкивается с серьезнейшими трудностями среди кругов левых всех мастей. Новые левые не являются организованным движением, но их люди занимают центральное место в интеллектуальных кругах, бросающих вызов Израилю. Это группа без конструктивной идеологии. Она основана на отрицании существующего и на абстрактных фантазиях относительно будущего».

Прямо-таки меткое определение сегодняшней культуры «воук» (woke). Третий и важный пункт, который исследовали члены комиссии, — это арабо-советская работа по делегитимации. Об арабских деньгах написано: «Согласно цифрам, представленным комиссии, открытый бюджет арабской пропаганды в 1969 году достигает суммы в 50 миллионов долларов». 50 миллионов долларов в 1969 году равны в сегодняшних ценах примерно 400 миллионам, которые предназначались для финансирования кафедр, студенческих организаций, конференций и публикаций. Очень напоминает «дипломатию счетов» современного Катара.

Авторы отчета перечисляют четыре причинных фактора, наносящих ущерб симпатии к Израилю: он находится в западном лагере; он является продуктом империалистической политики; он лишил другой народ его земли; он является религиозным, расистским и шовинистическим государством. В завершение отчета правительство Израиля призывают создать «Управление по разъяснительной работе» и выделить ему ресурсы, которые позволят лучше противостоять арабо-советским ресурсам и четырем причинным факторам, обнаруженным в исследовании.

Возвращаясь к нашим дням. Аналитический смысл ясен: следует различать три разных причинных слоя, которые смешиваются в общественном дискурсе в одну массу.

Первый слой — тактический: конкретные действия Израиля, которые можно критиковать, объяснять, менять. Политика, существенный выбор лидеров коалиции, еврейское насилие в Иудее и Самарии. Это слой, на котором сосредоточен весь нынешний дискурс.

Второй слой — стратегический: десятилетия арабо-иранских инвестиций в формирование нарратива, финансирование кафедр, проникновение в академию и институты СМИ. Это слой, который труднее изменить, но на него можно повлиять.

Третий слой — структурный: глубокое ценностное изменение в западных либеральных демократиях, отчуждение от национализма и от государственной мощи как ценности. Отчуждение, которое было усилено, согласно ряду исследований, иностранными манипуляциями в социальных сетях в США, в центре которых находится ТикТок. Израиль является его заметной жертвой, а не причиной.

Аналитическая и политическая ошибка заключается в том, чтобы отвечать на третий слой инструментами первого. Ни смена правительства, ни замена пресс-секретаря, ни указание армии действовать иначе не заставят молодого американца, который не гордится своей собственной страной, внезапно полюбить еврейское национальное государство, сражающееся со своими врагами. Причинно-следственная связь просто так не работает.

Это не значит, что нет работы, которую нужно сделать. Напротив. Но правильная работа иная: глубоко понять, что движет ценностными изменениями в молодом поколении на Западе; определить, на какие сегменты внутри этой же общественности все еще можно повлиять и с какими посланиями; инвестировать в институты и платформы, где формируется долгосрочный нарратив; не пытаться победить там, где стратегическая структура этого не позволяет. Возможно, именно приобретение ТикТока американской семьей Эллисон окажется самым важным шагом в борьбе с третьим слоем.

Настоящий урок с 1969 по 2026 год заключается в том, что вызов — это не вызов разъяснительной работы. Это вызов постоянного и основательного обучения и создания идейных движений в мировых центрах силы. Израиль не будет любим всеми. Ни одно государство, защищающее свое существование, не любимо всеми. Правильный вопрос не «как нам стать любимыми», а «как нам строить коалиции с теми, кто может быть нашим партнером, и перестать тратить энергию на тех, кто им не будет». Лучшее, чего здесь можно достичь, — это заменить набор тяжелых проблем на набор проблем, с которыми можно справиться с большей легкостью, и понять, что это непрерывный вызов, который будет принимать новую форму в каждом поколении.