Не Бофор — последняя крепость, а Кнессет
Битва за канцелярию государственного контролера уже завершена, и теперь силы коалиции переключились на захват Кнессета. Депутаты хозяйничают в парламенте, атакуя судебную систему и институты власти, движимые страхом перед созданием государственной следственной комиссии.
Если выбирать, какая из двух войн, идущих сейчас в Израиле, более опасна для будущего страны — кампания в Ливане или арьергардный бой правящих партий, — то вторая побеждает с явным преимуществом. Солдаты коалиции маршируют согласно боевой доктрине, адаптированной под нужды лидера, а их оружие — бесчинства в парламентских комиссиях, разграбление общественных средств и спланированные кампании по травле «привратников» демократии — щедро финансируется за счет налогоплательщиков.
Они подотчетны лишь своему командиру, который, посещая судебные заседания, вносит свой вклад в дискредитацию символов закона, чтобы затем вернуться в Кнессет и голосовать за уравнивание прав учащихся ешив с правами солдат ЦАХАЛ. Все эти действия направлены на достижение целей, лежащих за пределами демократического поля. Война, охватившая страну, стала идеальным прикрытием для «грабителей режима». Первые слушания по вопросу неприкосновенности депутата Тали Готлиб («Ликуд») прошли в апокалиптических декорациях, полностью соответствующих ее конспирологическим теориям о «предательстве 7 октября».
Чем громче гремят пушки, тем нужнее чувствуют себя депутаты от «Ликуд» и «Оцма Йегудит»: они спасают Готлиб от «злодеев», народ — от его участи, а также приближают приход Мессии и восстановление «падшей скинии Давидовой». Вчера они криками и оскорблениями атаковали юридического советника правительства Гали Бахарав-Миару, пытаясь доказать, что нарушение закона депутатом — это легитимный акт, а сама она несет прямую ответственность за резню. Готлиб добилась своего — максимального освещения обсуждения преступления против безопасности под огнем. Если бы не Дональд Трамп, нарушивший планы коалиции, мы бы уже получили приглашение на следующую «Ликудиаду» в Баальбеке.
Однако на второй день слушаний пузырь гнева лопнул. С прекращением сирен и снижением активности президента США, уставшего от ближневосточных драм, жизнь вернулась в привычное русло. Суды начали принимать решения: министру юстиции указали на необходимость утверждения судьи Ицхака Амита на посту председателя Верховного суда, адвоката премьер-министра поставили на место, а виновник наезда на демонстрантов в 2024 году получил тюремный срок. Когда люди выходят из убежищ, происходят важные вещи.
Депутаты от «Ликуд» продолжают нападать на оппозицию, лишая ее остатков права голоса в комиссиях и продвигая «сырые» законопроекты. Время поджимает, выборы близки. Не Бофор, взятием которого так гордились на прошлой неделе, а Кнессет стал их последней крепостью. Они хозяйничают в нем как в своем доме, реализуя государственный переворот, который готовился еще до 7 октября, а теперь полностью готов к употреблению.
Звуки взрывов на севере не убавляют аппетита членов «Ликуд», а лишь усиливают его, напоминая о провалах на фронтах, за которые придется отвечать после выборов. Поэтому они стреляют во всех направлениях. Должность государственного контролера уже захвачена, план по перехвату государственной следственной комиссии и замене ее лояльным контролером — бывшим адвокатом премьер-министра — реализован. Теперь можно переходить к следующей цели.
Никаких парламентских приличий — только безжалостная атака. Лицо юридического советника правительства, с достоинством сносившей гнев депутатов, стало символом разрушения государственных институтов. Дебаты в Кнессете под эгидой общественного вещания превратились в наглядный урок того, что происходит, когда законодатели объявляют войну власти закона.
Если министру связи Шломо Караи нужно провести закон о вещании, отклоненный юрисконсультами, он сделает это. Если ему нужно призвать к нарушению постановления БАГАЦа, запретившего расширение диапазона вещания ультраортодоксальных радиостанций, и атаковать при этом юридического советника, БАГАЦ и Командование тыла — он обязательно это сделает. Когда Готлиб кричит: «История осудит тебя за то, что ты сделала с нами», когда Амит Саада угрожает допросами, а Офир Кац обвиняет советника в политической предвзятости — мы слышим лишь их страх перед следственной комиссией. Государственный переворот, который не удался до резни, возможно, удастся им сейчас.
