Не каждая майка — это культурная война
Мы превратились в общество, которое реагирует слишком быстро и слишком остро. Каждое локальное событие в мгновение ока становится «доказательством» глобального процесса, где одна фотография превращается в символ, а частное решение — в тенденцию.
Бывают моменты, когда кажется, что израильская дискуссия перестала искать истину, сосредоточившись лишь на поиске повода для очередного возгорания. Последний инцидент с военнослужащими, сфотографировавшимися в день увольнения в одежде, которую некоторые сочли слишком открытой, и последовавшее за этим наказание — именно такой случай. Здесь можно было бы провести конструктивное обсуждение границ, армейской дисциплины, личной свободы и связи между армией и обществом, но вместо этого событие за считанные часы превратилось в очередной символ культурной войны.
С одной стороны звучат крики о «религиозации», принуждении и навязывании норм скромности, с другой — обвинения в ценностной деградации, потере границ и распущенности. Израиль 2026 года разучился сохранять пропорции в подобных спорах. Радикальная светская сторона спешит усмотреть в каждом дисциплинарном решении намек на религиозный захват: любое замечание об одежде немедленно превращается в дискуссию об исключении женщин. Так было и с историей вокруг запрета военнослужащим бежать в коротких шортах на последнем Иерусалимском марафоне — точечное событие стало якобы доказательством широкой тенденции религиозного принуждения.
С другой стороны, национально-религиозный лагерь (хардаль) также не остается в стороне. Для многих из них любое проявление личной свободы в армии воспринимается как признак того, что ЦАХАЛ становится «прогрессивным» и теряет свою идентичность. Так, например, сама интеграция женщин-бойцов воспринимается не как сложный профессиональный процесс, а как признак потери пути.
Истина, как это часто бывает, гораздо проще. ЦАХАЛ — это не полностью частное пространство, но и не религиозное учреждение. Это государственный орган, вмещающий в себя широкий спектр идентичностей, взглядов и стилей жизни. Внутри этого напряжения неизбежно будут возникать трения. Вопрос не в том, как их устранить, а в том, как не превращать каждое из них в кровопролитную идеологическую битву.
Здесь кроется нечто более глубокое. Мы превратились в общество, которое реагирует слишком быстро и слишком остро. Каждое локальное событие в мгновение ока становится «доказательством» широкого процесса. Одна фотография становится символом. Одно решение становится тенденцией. А когда всё вокруг объявляется тенденцией, ничто уже не имеет по-настоящему важного значения.
Можно, а возможно и нужно, признать: это маленькое событие. В нем есть своя сложность и несколько точек зрения, но оно не определяет израильское общество в целом. Именно тот, кто верит в ценности, с какой бы стороны он ни находился, должен уметь отличать главное от второстепенного. Не каждая фотография — это борьба за облик государства. Не каждое замечание командира — это объявление культурной войны.
В реальности, где мы сталкиваемся с гораздо более тяжелыми вызовами в сфере безопасности, общества и экономики, склонность раздувать каждый маргинальный инцидент лишь ослабляет нас. Она изнашивает способность вести настоящий диалог по вопросам, которые действительно требуют решения. Дискуссия по профессиональным вопросам приветствуется, когда она ведется из желания осмыслить идентичность государства и направление его развития, но она гораздо менее полезна, когда используется лишь для того, чтобы посеять рознь и усилить поляризацию с помощью маргинальных и нерепрезентативных случаев.
Эйтан Зелигер — один из основателей движения «Четвертый квартал» и владелец компании «Зелигер Шомрон Тикшорет».
