Нетаниягу сравнил рак с 7 октября — и тем самым признал больше, чем планировал
Если вы спросите Нетаниягу, который отказывается назначать себе исполняющего обязанности, во вселенной нет никого, кто способен его заменить. То, что вскрылось в связи с его диагнозом, свидетельствует о масштабах сокрытия и культуре лжи в окружении премьера.
С тех пор как он вернулся к власти в 2009 году, премьер-министр Биньямин Нетаниягу отказывается назначать себе исполняющего обязанности. В этом нет необходимости. У Ариэля Шарона был исполняющий обязанности, у Эхуда Ольмерта была исполняющая обязанности, даже Яир Лапид и Нафтали Беннет замещали друг друга. У Нетаниягу исполняющего обязанности нет. Ведь во всей вселенной не найдется человека, способного его заменить. Покажите мне кого-то еще, кто может навлечь на свой народ три тяжелейших бедствия в истории страны — самую жестокую резню и две масштабные гражданские катастрофы — и все это всего за 14 лет.
Этот факт, наряду с тем, что Нетаниягу почти невозможно отправить в отставку по состоянию здоровья (невменяемость) после поспешного изменения законодательства, проведенного его коалицией, создает ситуацию, в которой требуется полная прозрачность в отношении здоровья премьера. Согласно новому закону, даже если он, не дай бог, впадет в кому, потребуется большинство в две трети голосов в комиссии Кнессета, чтобы объявить его неспособным исполнять обязанности. Нам много раз объясняли, что речь идет о «супермене» с качествами героя. Он сам утверждал, что то, на что у Яира Лапида уходит целая жизнь, он делает за два часа — аргумент, который он использовал, чтобы убедить Верховный суд в своей способности управлять государством, одновременно находясь под судом.
И все же премьер-министр ежедневно принимает судьбоносные решения. От него требуется постоянно находиться в полном сознании, быть сфокусированным, острым и дееспособным. Здоровье премьер-министра — это национальное достояние и вопрос национальной безопасности.
В свете этого, информация о раковой опухоли в предстательной железе Нетаниягу свидетельствует о масштабах сокрытия, культуре лжи и ментальности замалчивания. Как всегда, Нетаниягу втягивает в путаницу своей лжи и окружение — в данном случае больницу «Хадасса», которая вводила в заблуждение под градом журналистских запросов по поводу частых визитов премьера. Можно было ответить «без комментариев», но зачем лгать?
Даже после публикации данных о состоянии здоровья Нетаниягу скрытого по-прежнему больше, чем явного. Во-первых, это не был медицинский отчет. Это был клочок бумаги, больше напоминающий записку от родителей классному руководителю. Нет официальных печатей врачей, большинство данных отсутствует, бланк не является официальным бланком больницы. Халтура.
Возникают вопросы: когда именно было проведено МРТ-обследование, в ходе которого обнаружили опухоль? Сколько месяцев это скрывали? На какой стадии была опухоль по шкале Глисона? Является ли она агрессивной и какова степень риска рецидива? Получал ли премьер-министр, помимо облучения, гормональную терапию, побочные эффекты которой могут быть экстремальными (хроническая усталость, потеря костной массы и прочее)?
Версия о том, что опухоль была обнаружена при МРТ в рамках «рутинного наблюдения», не выдерживает критики. МРТ не входит в рамки рутинных проверок — оно назначается, когда возникает подозрение. Это совсем не рутина.
Выясняется, что у Нетаниягу ничто не может вестись честным путем. В своем сообщении он заявил, что публикация была задержана, чтобы «не позволить террористическому режиму в Иране распространять еще больше лживой пропаганды». Какая лживая пропаганда может быть в медицинской прозрачности? Верховный лидер Ирана Али Хаменеи годами скрывал свой рак — это признак слабости. Опубликовать информацию об успешно пролеченной опухоли в демократической стране — это сила. Тем более, что Нетаниягу не особо препятствовал иранской пропаганде, когда стало известно о взломе мобильного телефона Бени Ганца. Тогда он праздновал: «Как Ганц будет беречь страну, если не умеет беречь свой мобильный?»
Еще одна деталь в сообщении Нетаниягу — жирный намек, когда он описывает, как врачи сообщили ему о раке, а он потребовал действовать немедленно: «Когда мне вовремя передают информацию о возможной опасности, я хочу заняться этим немедленно». Он хочет сказать: это в отличие от 7 октября, когда ЦАХАЛ и Шабак якобы не передали ему информацию в режиме реального времени.
У этого человека нет стыда. Он сравнивает отношения врача и пациента с отношениями премьер-министра и глав системы безопасности. Господин Нетаниягу, к вашему сведению: в медицинском случае ответственность лежит на врачах. В случае национальной безопасности ответственны вы. Вы — высшее должностное лицо, вы должны проверять готовность, разведданные, задавать вопросы и закрывать бреши. Откуда я это знаю? Вы сами объясняли нам это на протяжении многих лет. Пока это не случилось при вас.



