Нетаниягу предупредил о мине ХАМАСа — а затем наступил на нее с открытыми глазами | Бен Каспит
Предупреждение, которое Нетаниягу озвучил сам до резни, нападки Инона Магаля на семью Айзенкота и буксующая кампания «Ликуда» обнажают систему, потерявшую ориентиры.
Спиной к опасности
В начале октября 2023 года премьер-министр Биньямин Нетаниягу созвал совещание с главами силовых структур под названием «Оценка ситуации на нескольких фронтах». Он не знал, что через неделю окажется именно в такой многофронтовой ситуации. Но он должен был знать. Это знание лежало у него под ногами, под фонарем. Нужно было только посмотреть на него. Но Нетаниягу предпочел продолжать бежать с правовой реформой, «принципом разумности» и т.д. Это было для него гораздо важнее. В дилемме между безопасностью государства и жизнью его граждан и его личной безопасностью и свободой, дилеммы нет.
На том же совещании (история приведена в отличной книге Амоса Хареля «06:29») глава Шабака Ронен Бар повторил свой довод о том, что Израиль должен готовиться к крупной операции в Газе, и рекомендовал ликвидацию высокопоставленных членов ХАМАСа. В заключении встречи Нетаниягу дал указания: «Усилить использование гуманитарных льгот, продвигать процесс урегулирования в секторе и, напротив, повысить оперативную готовность к ликвидациям».
Что это означало на практике? Продолжать задабривать ХАМАС. «Продвигать оперативную готовность» — это пустые слова. Оперативная готовность была. Не нужно было «продвигать ее», нужно было отдать приказ к исполнению. Но то, что Нетаниягу сделал в те дни, — это утверждение увеличения льгот для ХАМАСа, согласно требованиям Яхьи Синвара: увеличение квоты рабочих, въезжающих из Газы (рекорд всех времен), попытка убедить Катар увеличить поддержку в долларах, расширение зоны рыболовства и т.д. Синвар изображал примирение. Нетаниягу был доволен. Операция по введению в заблуждение, проведенная ХАМАСом, удалась. Нетаниягу пошел на «просчитанный риск», как предложил Синвар.
Все это известно до тошноты. Но здесь наступает кульминация: в конце совещания Нетаниягу сообщил присутствующим, что «Израиль находится на пороге исторического мирного соглашения с Саудовской Аравией, будут "государства и организации", которые попытаются этому помешать».
То есть Нетаниягу, знавший, что он на пороге подписания соглашения с Мухаммедом бен Сальманом, и исходя из своего богатого опыта и разведданных, которые он читал, понимал опасность. Понимал и даже объяснил. Он знал, что подписание соглашения с Саудовской Аравией означает конец палестинской мечты, по крайней мере в это время. Он знал, что ХАМАС не сможет промолчать по поводу такого события и сделает все, чтобы сорвать его. И поэтому он послал это прямое предупреждение, которое зафиксировано в протоколе.
Слепой на минном поле
TULIP зовут Таль Ангерт. Я не знал его раньше. На этой неделе он обратил мое внимание на свои твиты в реальном времени. Талантливый молодой человек, тель-авивец, работающий в Центре психологической устойчивости в региональном совете Эшколь, в приграничной зоне. Лечит пострадавших от травмы, переживает ее каждый раз заново. «Эта история — значимая точка, касающаяся провала в целом и той ночи с 6 на 7 октября в частности», — сказал он мне. «Как я это понимаю, а никто другой нет? Как Нетаниягу понимает это, предупреждает об этом, но ничего не делает по этому поводу?».
Что мы должны понять из всего этого? Немного, за исключением этого ясного и яркого вывода: Нетаниягу, который считает себя государственным деятелем, не способен просчитать на два шага вперед. Как при катастрофическом выходе из ядерной сделки, когда он не понял, что у него нет плана Б, что нет альтернативы, что выход из соглашения продвинет Иран к ядерному оружию, как при провальном объявлении о свержении иранского режима, так и в вопросе Газы. Сказать себе простую вещь: я иду к миру с Саудовской Аравией. Мухаммед Дейф и Синвар видят в этом историческое поражение библейских масштабов. Это ставит на них крест. Они попытаются что-то сделать.
Этот провал — самый глубокий и ужасающий в истории государства. Навигировать по ближневосточному минному полю, не видя ни шага вперед. Сказать, что впереди мина, а затем наступить на нее с безмятежностью. Не сказав «подождите, давайте обезопасим опасный фланг, откуда может прийти беда, когда мы окончательно хороним ХАМАС и палестинское государство». Не нужны были четыре письма АМАНа, и не нужны были все предупреждения высокопоставленных лиц системы, и даже не нужен был министр обороны Йоав Галлант. Все, что нужно было Нетаниягу, — это понять свое собственное предупреждение, снять нелепые розовые очки, которые он надел, прекратить разрекламированный тур отпусков с «моей супругой» и охранять безопасность Израиля, как он должен был сделать. Но, как уже было написано здесь, не безопасность Израиля была в центре его внимания, а его собственная безопасность.
Грязь и чепуха
Я спрашиваю себя, есть ли хотя бы один человек в кампании «Ликуда», который думает, что нападки Инона Магаля или косноязычные и низкие пачканья Яакова Бардуго, или того потрепанного клоуна с радио, который назвал Айзенкота «джобником», — это «гейм-чейнджер». Убедит ли эта жалкая кампания сомневающихся не голосовать за Айзенкота. По моему мнению, такого нет. И если уж говорить о кампании «Ликуда», я спрашиваю себя, существует ли такая вещь.
Нет профессионального взгляда, который смотрит на ситуацию и не приходит к выводу, что кампания «Ликуда» в коллапсе. Или, по крайней мере, в глубоком кризисе. Нет хозяина, царит запущенность, ничего не управляется. Во-первых, нет руководителя кампании. Офер Голан дезертировал к Итамару Бен-Гвиру и был дезертирован оттуда, но не вернулся (пока) к Нетаниягу. Йонатан Урич, после Катара и ареста, обнаруживается как воздушный шар, раздувшийся выше своего естественного размера, и не только в килограммах. Он уже около недели не писал твитов, что привело к снижению уровня канализации ниже Аялона.
