Ни тотальная война, ни соглашение: реальный сценарий отношений Трампа и Ирана | Яир Мартон

Прежде чем мы поспешим объявить о полномасштабной региональной войне или об историческом соглашении, которое якобы уже не за горами, стоит взглянуть на Ближний Восток таким, какой он есть на самом деле: регион находится в состоянии затяжной войны на истощение, где каждый игрок пытается применить силу, но прежде всего — избежать цены полномасштабного конфликта.

Иран стремится дать понять, что в случае военного или экономического давления он способен расширить поле боя далеко за пределы Израиля и Персидского залива. Удары по судоходным путям, энергетической инфраструктуре и мировой экономике являются для него рычагом давления на Вашингтон и европейские страны.

Большой вопрос заключается в том, расширят ли США свои удары. По моей оценке, до тех пор, пока Иран продолжает атаковать американские силы, международное судоходство и союзников Вашингтона, вероятность дополнительных ударов со стороны США очень высока. Тем не менее, у Вашингтона нет интереса начинать захватническую войну или предпринимать действия, целью которых является свержение режима.

Американская цель, вероятно, останется ограниченной: систематическое истощение ракетных возможностей, командных структур и военной инфраструктуры Ирана при сохранении пространства для дипломатии, если Тегеран изменит курс. На мой взгляд, внутренний конфликт между умеренными и радикалами в Иране не позволяет идти на компромиссы.

Израиль, со своей стороны, должен различать желания и возможности. Он продолжит действовать везде, где обнаружит прямую угрозу, но предпочтет, чтобы американцы возглавили широкую кампанию. Если Иран совершит еще одну прямую атаку на Израиль или предпримет значительную атаку через своих прокси, Иерусалим не останется в стороне.

Наиболее интересная арена — та, что находится между Саудовской Аравией и Йеменом. В течение многих лет Эр-Рияд пытался выбраться из йеменской трясины с помощью соглашений. Однако по мере того, как хуситы становятся иранским инструментом, угрожающим торговым путям и региональной стабильности, саудовцы понимают, что одни лишь соглашения не гарантируют безопасность. Если атаки со стороны хуситов продолжатся, возможно, мы увидим, как Саудовская Аравия постепенно вернется к военному участию.

И все же, несмотря на шум, я не считаю, что мы на пути к полномасштабной региональной войне. Иран понимает, что такая война может поставить под угрозу само выживание режима. США, после двух десятилетий войн на Ближнем Востоке, не ищут новых завоеваний. Поэтому наиболее вероятный сценарий — это продолжение войны на истощение: еще больше ударов, еще больше ликвидаций, еще больше ущерба иранской экономике, еще больше иранских попыток задействовать прокси и нанести ущерб торговым путям.

Продолжатся ли также переговоры? Похоже, что да. На Ближнем Востоке война и дипломатия не противоречат друг другу — они ведутся параллельно. История учит, что почти каждое значимое соглашение в регионе рождалось именно после периода применения силы. Вопрос в том, кто моргнет первым: Иран, которому придется выбирать между стратегическим истощением и болезненными уступками, или Запад, которому предстоит решить, довольствуется ли он сдерживанием или действует ради фундаментального изменения баланса сил на Ближнем Востоке.

Автор — стратегический консультант и антикризисный менеджер.