О ком на самом деле заботится Ярив Левин, когда взывает к назначению судей?

Конец времен, но почти. Мы еще не дошли до ситуации, когда министр юстиции Ярив Левин и председатель Верховного суда Ицхак Амит разговаривают друг с другом или даже встречаются в присутствии посредников. Но мы дошли до стадии, когда они обмениваются письмами и ведут переговоры о назначении судей. Как и в диалоге между представителями США и Ирана, которые хотя бы уже встречаются, путь долог, и необходимо упростить требования сторон, чтобы понять, есть ли шанс на какой-либо результат.

1. Кто определяет потребности системы?

Логичной отправной точкой является необходимость укомплектовать судейский штат и адаптировать его к реальным потребностям, чтобы предоставить обществу профессиональные юридические услуги. Как вчера написал Амит Левину, вторя уполномоченному по рассмотрению жалоб на судей Ашеру Куле, «вопль тяжущихся сторон, как и вопль судей, изнемогающих под бременем нагрузки, достиг его ушей». Однако вопрос в том, кто определяет приоритеты. Логичный ответ — председатели судов и администрация судов, ответственные за их работу. Но министр Левин не очень-то признает право «чиновников» диктовать условия. Он министр, избранник народа, и поэтому направил письмо с требованиями о назначениях, которые считает необходимыми именно он. Вчера ему ответили трое представителей судей в комиссии по выбору судей: председатель Амит, заместитель Ноам Сольберг и судья Дафна Барак-Эрез. «Ставки в вашем письме полностью оторваны от потребностей системы и ситуации на местах, — написал Амит, — цифры в вашем письме выглядят абсолютно произвольными».

2. Истинные цели министра

Прежде чем переходить к цифрам, важно обозначить цели. Чего на самом деле хочет Левин? Его главные задачи — продвинуть председателя мирового суда центрального округа Менахема Мизрахи в окружной суд, а доктора Рафи Битона и Авиада Бакши — в Верховный суд. Мизрахи решительно защищает подозреваемых и обвиняемых по делу «Катар-гейт» перед лицом примерно семи окружных судей, которые раз за разом отменяют послабления, предоставляемые им сотрудникам канцелярии Нетаниягу. К Мизрахи нельзя предъявлять претензии как к защитнику прав и критику полиции и прокуратуры. Этого и ожидают от судей, однако Мизрахи заходит на несколько шагов слишком далеко в этой защите, и Левин хочет его вознаградить. Поэтому он объявил о намерении продвигать председателей мировых судов и судов по делам несовершеннолетних на должности судей в окружных судах. Такое огульное назначение без рассмотрения каждого случая в отдельности проблематично. Это означает, что любой мировой судья, назначенный административно на должность председателя, тем самым гарантирует себе назначение в окружной суд в обход комиссии по выбору судей.

3. Тупик в Верховном суде

Левин не намерен продвигать выбор судей в Верховный суд, где не хватает четырех из 15 судей. Он обуславливает это назначениями доктора Битона и доктора Бакши. Судьи этому противятся, и важно понять почему. Когда в Верховный суд назначают судей извне — ученых и адвокатов — они должны входить в элиту своей деятельности и специализации. Когда назначали из академической среды, это были профессора Ицхак Энглард и Дафна Барак-Эрез, обладающие впечатляющим послужным списком. Когда назначали адвокатов из частного сектора, это были Йорам Данцигер и Ханан Мельцер. Кинерет Бараши можно назначить в совет Второго управления телерадиовещания, но не в Верховный суд. То же самое касается Битона и Бакши, которые не входят в высший эшелон. Это утверждение подтверждается рейтингами и объективными показателями, такими как количество публикаций, академический статус и престиж учреждений, в которых работают эти двое. Однако Левин настаивает на них из-за услуг, которые они оказали юридической реформе. Для избрания судьи в Верховный суд необходимы семь из девяти членов комиссии, поэтому у каждой стороны — у Левина и у Амита — есть право вето. Эта история зашла в тупик, и Левин уже заявил, что она будет оставаться в тупике до тех пор, пока Верховный суд не исчезнет и не рухнет сам в себя. Напротив, для назначений в суды низших инстанций достаточно пяти голосов. У Левина нет даже этого, и он находится в меньшинстве в комиссии. Поэтому он парализует ее, фактически не созывая.

4. Давление БАГАЦа

Сейчас Левин приближается к решению БАГАЦа по иску против него из-за того, что он не назначает судей и не сотрудничает с председателем в назначениях, находящихся в их совместной компетенции. Поэтому он просит созвать комиссию по выбору судей 7 июня, впервые с января 2025 года, после того как БАГАЦ приказал ему обосновать, почему он ее не созывает. Но его намерение состоит не в том, чтобы удовлетворить реальные потребности системы, а главным образом в удовлетворении своих собственных потребностей в назначении Мизрахи, Битона и Бакши. «Вы злоупотребили своими полномочиями как лицо, ответственное за созыв комиссии, — пишет ему вчера Амит, — и на деле, под прикрытием „широкого согласия“, наложили вето, не входящее в ваши полномочия, на различных кандидатов и на голосования в комиссии». И добавляет Амит: «Ваше письмо игнорирует — в грубой форме — острый дефицит судей в окружных судах, в частности в округах Хайфа и Беэр-Шева: шесть судей только в окружном суде Хайфы и семь судей только в окружном суде Беэр-Шевы». К письму приложена таблица реальных потребностей. Левин, со своей стороны, объявил на прошлой неделе о намерении провести «всеобъемлющую реформу в судах по транспортным делам, по семейным делам и по делам несовершеннолетних, чтобы добиться значительного улучшения обслуживания населения в этих областях». На это Амит отвечает: «Даже в предположении, что существует необходимость в добавлении ставок для судей по транспортным, семейным делам и делам несовершеннолетних — ставки в вашем письме полностью оторваны от потребностей системы и ситуации на местах, не дают ответа на другие острые нужды, такие как сфера арестов, и, по всей видимости, продиктованы посторонними соображениями».