«Оказывается, я спала, пока стреляли в мою дочь»
Клинический психолог профессор Ронит Рауфман представляет свой новый роман «Правильный поступок», основанный на личной истории матери, чья дочь оказалась в эпицентре событий 7 октября. Это глубокое и болезненное повествование о поиске смысла, материнской интуиции и трагедии, которая навсегда изменила жизнь автора.
После успеха своего первого романа, в силу обстоятельств, клинический психолог профессор Ронит Рауфман представляет «Правильный поступок» — книгу, основанную на истории её жизни как дочери участницы Войны за независимость и матери сына, пережившего «Набу». Две разные легенды переплелись в моем имени. Первую я забыла. Вторая связана с двумя девочками-близнецами, которые были ученицами моей матери. Одну звали Инбаль, а другую — Лалив.
Когда я родилась, папа повез моих братьев-близнецов, Эйтана и Тамира, в больницу, чтобы увидеть новую малышку. Всю дорогу они спорили между собой, какое имя красивее. Один говорил: «Инбаль», а другой настаивал: «Лалив». Это не был настоящий спор, они всегда были согласны друг с другом. Это была своего рода игра: Инбаль и Лалив — ведь как разделить между ними всего одну малышку? Так они и продолжали всю дорогу, две пары: Эйтан и Тамир, и Инбаль и Лалив, которые сменяли друг друга на поворотах дороги, пока имя Лалив не закрепилось на окраине больницы и не осталось со мной с тех пор, оставляя Инбаль тихо течь рядом со мной, широкой рекой забвения.
Суббота, Симхат Тора. Седьмое октября. Гамаки никогда не рвутся сразу. Всегда есть одна тонкая нить, которая рвется первой. Можно не заметить. Проигнорировать. В конце концов, что мы скажем? Мы знали? Мы знали и продолжали качаться? Оказывается, я спала, пока стреляли в мою дочь.
Когда я проснулась, я все-таки включила телевизор, в то субботнее утро Симхат Тора. Но кто думал смотреть именно новости? На канале Discovery появился молодой человек в квадратных очках, который говорил о северном сиянии, направляющемся в Северную Калифорнию, и о явлении солнечной бури — редкой солнечной вспышке, окрашивающей небо в зеленые и фиолетовые пятна, которая должна была произойти в США. Обычно я стараюсь спать в эти часы в субботу. Субботы и так длинные и пугающие, и при этом всегда заканчиваются слишком рано, неожиданно. Поэтому лучше встречать их с силами. Но сон о моем отце, который женится на Далии, учительнице истории из старшей школы, в доме на холме, где нет лестниц, разбудил меня. Снова он разбудил меня, хотя я так люблю спать.
Я включила канал Discovery. Экран наполнился ослепительной зеленой и фиолетовой красотой, а вместе с ней — предупреждениями Национального управления океанических и атмосферных исследований США, которое предостерегало от сбоев из-за такой бури. Я открыла свой мобильный телефон. Пробуждение в субботу всегда начинается с постепенного и осторожного включения экранов, чтобы еженедельный день отдыха не набросился на меня сразу. «Я в порядке», — всплыла на экране фотография Раз, красивая и ослепительная. Мы вообще хотели назвать ее Зоар, когда она родилась, но почему-то две буквы выпали из ее оригинального имени. Может быть, уже тогда у нас было чутье на слова, которые не стоит произносить. А теперь она сообщает, что она в порядке, как будто знала о солнечной буре, которая еще не дошла до нашего региона, или, может быть, снова застала мое материнство в момент слабости, и вот ее «в порядке» поддерживает тонус, даже когда я сплю. Как щедро с ее стороны думать, что я беспокоюсь, даже когда я сплю, даже в то время, когда мой отец женится на Далии на вершине холма, а я, как всегда, хотя меня выбросило из сна, с трудом просыпаюсь к жизни вне его.
Молодой ученый в квадратных очках по телевизору объяснил, что буря вызвана высвобождением огромной энергии, которая, по оценкам, связана с циклом жизни Солнца и может привести к сбоям в системах электроснабжения и сетях связи, что заставило меня снова взглянуть в мобильный. Сквозь веки, которые еще не успели открыться, я заметила, что два моих брата, которые после многих лет объяснений научились не звонить до полудня, обеспокоены состоянием Раз, поехала ли она в итоге на вечеринку в приграничье Газы. Они беспокоятся о ней, и сразу я увидела дополнительные сообщения, во всех вопрос, как дела у Раз, пока наконец я не оставила северное сияние на канале Discovery ради новостей на 11-м канале, которые были как новости на 12-м канале и на 13-м канале, и я позвонила Раз, чтобы услышать, что номер телефона, по которому я звонила, в данный момент недоступен.
7:43 — это время, когда было отправлено сообщение от Раз, в тот поспешный момент, когда она почему-то подумала, что она в порядке. Как невинно это сообщение, не осознающее себя и то, что его окружает, как будто события дня закончились, и она в порядке. Как невинна была я в своем сне, на свадьбе моего отца и Далии, как невинен был тот дом без лестниц, где они поженились на вершине холма. В моем доме, напротив, еще оставались остатки искусственных усилий отпраздновать Симхат Тора — утомительная трапеза, которую я настояла провести даже после того, как Раз объявила о своем ожидаемом отсутствии. С момента расставания с Ши я придерживаюсь дат и праздников, хотя мое отвращение к ним только усилилось. Когда Тамир или Эйтан приглашают к себе, то есть когда Эйнат или Ронит приглашают, проблем нет. Но время от времени моя очередь приглашать, и это просто мучение. Когда это происходит, я стараюсь подобрать салфетки к скатертям и придать всему событию гармоничный оттенок. Не то чтобы от меня этого ожидали. С тех пор как нас осталось только двое, Раз и я, естественнее всего присоединиться к ним. Но если я буду постоянно соглашаться на этот порядок, мне придется признаться в чем-то, что даже если я не знаю, в чем именно, это неприемлемо.
Сразу после того, как я развелась с Ши, через секунду в моей жизни появилось слово «разведенная», распространилось как пырей в зоне, освободившейся от предыдущего статуса, поселенец, который обнаружил ничейную землю и захватил ее, еще до того, как я успела организоваться. Много энергии я потратила, пытаясь объяснить окружающим, что никто меня не разводил. Не то чтобы кто-то спрашивал, но я знала, что они думают. Поэтому время от времени я приглашаю, как случилось в этот раз, и к тому времени, как Раз сообщила, что не придет, все уже подтвердили свое присутствие. «Что случилось?» — спросила я ее, когда она сказала, что не придет, самым невозмутимым тоном, какой у меня был. Наивный вопрос. Я ведь осознаю бремя, лежащее на плечах единственной дочери разведенных родителей, особенно в праздники, но все же спросила. «Я еду на вечеринку». «Где?» «Вечеринка на юге». «Какая вечеринка? Где на юге?» Наивный вопрос набрал обороты. «Вечеринка, мама, вечеринка на природе на юге, возле кибуца Реим. Я еду с Сааром и Амитом», — она предоставила в одном предложении все необходимые детали, чтобы сэкономить время нам обеим. Хотя я гид по экскурсиям, всегда были населенные пункты в стране, о существовании которых я не подозревала. «Где это Реим?» — спросила я. Известно, что населенные пункты с оптимистичными названиями расположены в менее оптимистичных районах: Ор-ха-Нер, Шломит, Шалва. И пока мы разговаривали, по телевизору транслировали церемонию награждения медалями на чемпионате мира по художественной гимнастике. Шесть израильских гимнасток, занявших первое место, стояли на подиуме в бело-голубой форме. «Быть свободным народом в нашей стране», — обнаружила я, что машинально подпеваю гимну, а Раз ответила, что Реим — это в приграничье Газы. Я помню, что слышала то, что она сказала, это в приграничье Газы, и гимнастки проронили слезу, когда они пели вместе с мелодией «Земля Сиона и Иерусалима», а я спросила Раз: «Разве там не падали взрывные шары в последние недели?» И Раз сказала, что есть разрешение полиции, и гимнастки сошли с подиума в стройном ряду. Мне нечего сказать: если есть разрешение полиции, значит, есть разрешение полиции, нет такого закона, что нужно просить разрешение также у семьи, а если бы и был, я бы отпустила свою единственную дочь, несущую на своих плечах бремя своей единственности, жизнь и так тягостна даже без праздников, даже будни нужно обезболивать сериалами на Netflix и цветным попкорном, и я поняла, что застряла с этой праздничной трапезой зря, я уже давно вышла из шкафа с осознанием того, что праздники тягостны, но, видимо, делала это слишком тайно.
«Правильный поступок», Ронит Рауфман | Издательство «Штаим» | 230 страниц
