Они призываются

Вероятно, вы уже читали разочаровывающие отчеты о количестве призывников в ультраортодоксальные подразделения и следили за «умными» комментаторами, которые лишь усугубляют это уныние. Должен ответственно заявить: этот тон абсолютно ошибочен. Единственное разочарование в округе — это разочарование в самих разочарованных.

Раз в несколько месяцев я выступаю перед группой молодых командиров с лекцией об ультраортодоксах, общественных концепциях и их роли как наставников. Вы спросите, какое отношение я имею к командно-штабному колледжу? Ответ прост: это будущие командиры ближайшего призыва в бригаду «Хасмонеи».

Поскольку большинство из них не являются ультраортодоксами, а относятся преимущественно к религиозным сионистам, их подготовка включает вводные лекции о работе с ультраортодоксальными солдатами. Прежде всего, прилагаются огромные усилия для создания атмосферы, поддерживающей ультраортодоксальный образ жизни в процессе обучения, тренировок и службы.

Для меня это потрясающий опыт. Во-первых, само право наставлять командиров в армии; во-вторых, удовлетворение от причастности к этому замечательному делу — бригаде «Хасмонеи»; и в-третьих, что самое главное, — время перед началом моей лекции.

Я прихожу заранее и наблюдаю за аудиторией, которая еще слушает предыдущего докладчика. Вижу затылки и делаю то, что, к моему стыду, практикую уже много лет: считаю кипы. Когда аудитория смешанная, я считаю кипы, головные платки и непокрытые головы. Когда передо мной религиозные командиры, я изучаю цвета и типы кип.

Почему это так волнительно и значимо? Потому что в каждом цикле доля черных кип среди присутствующих растет. Причина проста: каждый завершивший обучение поток пополняет командные курсы новыми наставниками из числа своих выпускников.

Я помню первый поток. Среди командиров вообще не было ультраортодоксов. В третьем появились первые ростки, а в четвертом и пятом уже сформировалось целое сообщество. Двое с закрученными пейсами... «Где Йоси?» — спросил я. «На офицерских курсах, его прочат в командиры роты». Этот поезд уже отошел от станции.

Среди сегмента ультраортодоксального населения, определяемого как «модернистский», армейский путь стал естественным. Бригада «Хасмонеи» — это факт. Программа «Код-код» (ультраортодоксальная программа подготовки программистов) — это факт.

Вот анекдот: в мире современного ультраортодоксального сватовства принято присылать резюме кандидатов. Оно включает личные данные, учебу, занятость, сведения о семье. На этой неделе я видел такое резюме ученика ешивы, который носит костюм и шляпу, и там был пункт: «служба». Вот и все. Больше мне ничего не нужно было знать.

Только глупцы зациклены на подсчете призывников (я не говорю, что это не фактор, но он лишь один из многих и далеко не главный). Умные пытаются понять процессы и заглянуть в будущее. В окружении моих сверстников, современных ультраортодоксов, более половины — выходцы из армии и служат в резерве. В окружении моих детей почти 100% юношей призываются в тех или иных рамках. Верно, это происходит в модернистском сегменте, но это создает норму и делает армейскую опцию присутствующей на ультраортодоксальной улице так, как никогда ранее.

Можно до завтрашнего дня пренебрежительно отзываться о разговорах про «процесс», но это именно то, чем всё является — процессом. Он уже не теоретический, он происходит. Брат тянет своего брата. Шурин убеждает своего шурина. Сосед берет своего соседа. То, что должно было случиться, случается.