От Муссолини до Ирана: как диктаторы превращают футбол в инструмент пропаганды
На протяжении десятилетий авторитарные режимы использовали чемпионаты мира по футболу для укрепления своей власти, отбеливания репутации и подавления инакомыслия. От фашистской Италии до Ирака Саддама Хусейна — спорт неизменно становился ареной для политических манипуляций.
У диктатур всегда была слабость к крупным спортивным мероприятиям: они охватывают огромные массы зрителей и служат «мягкой пропагандой», удобным инструментом для передачи международных посланий и создания внутренних манипуляций.
Италия подкупает
Движение Бенито Муссолини, пришедшее к власти в Италии в 1922 году, было одним из первых, кто использовал спорт в международной политике, а также для того, чтобы отвлечь внимание жителей от опасных процессов, происходящих в стране. Муссолини продвигал спорт как инструмент для здоровья, военной готовности и, прежде всего, для национальной идентичности. Он фотографировался на обложках журналов в майках без рукавов под заголовком «Спортивный диктатор», строил стадионы и связывал «кальчо» с образом «нового итальянца». Новая лига должна была превратить Италию в значимый фактор в мировом футболе.
У Швеции, которая соперничала с Италией за право проведения чемпионата мира 1934 года, была гораздо лучшая инфраструктура и экономические условия для приема гостей, но у нее не было ни единого шанса. Муссолини и его приближенные понимали масштаб «отмывания» репутации и мощь пропаганды, которую их режим мог получить от проведения такого соревнования. Перед лицом этого понимания ни одна взятка не была слишком большой, и не было предела угрозам и насилию, которые итальянцы были готовы применить, чтобы получить право на проведение. Режим Муссолини хотел показать, что спорт, и футбол в частности, является фашистским идеалом. И ему это удалось. «Этот турнир был организован Муссолини, а не ФИФА», — заявил Жюль Риме, тогдашний президент ФИФА. Согласно многочисленным свидетельствам, во время игр Муссолини и его чиновники угрожали и подкупали, что привело к геополитическому финалу между фашистской Италией и коммунистической Чехословакией. Италия победила, и Муссолини вручил итальянскому капитану, помимо Кубка мира, еще и «Кубок Дуче», который своими размерами затмевал оригинальный трофей.
Германия аннексирует
Четыре года спустя чемпионат мира принимала Франция. Нацистская Германия после аннексии Австрии попыталась аннексировать и австрийских игроков. Австриец Маттиас Синделар, «Пеле межвоенного периода», отверг предложение и был найден мертвым в своей постели несколько месяцев спустя. Германия, пытавшаяся подражать Муссолини и его успеху в маркетинге фашистских диктатур, была выбита Швейцарией. Италия вышла в финал против Венгрии, и в ночь перед матчем в лагерь сборной пришло сообщение от лидера: «Победить или умереть». Италия победила со счетом 4:2, и венгерский вратарь Антал Сабо выдал одну из величайших цитат в пантеоне чемпионатов мира: «Возможно, я пропустил четыре мяча, но я спас им жизни».
Бразилия доминирует
Бразилия выиграла два чемпионата подряд, в 1958 и 1962 годах, за два года до военного переворота. Это были годы расцвета Пеле, а вместе с ним и «Селесао». Генерал Эмилиу Гаррастазу Медиси, пришедший к власти в 1969 году, был футбольным фанатиком, понимавшим, какую власть он может из этого извлечь, и менее чем за месяц организовал гигантское телешоу, посвященное тысячному голу Пеле. Медиси удалось вернуть Пеле из отставки, чтобы тот сыграл и выиграл чемпионат мира в Мексике в 1970 году; он уволил тренера, считавшегося противником режима, и сделал гимн чемпионата Бразилии «Вперед, Бразилия» гимном своей партии. Лозунг власти «Никто не может остановить Бразилию сейчас» был напечатан на сотнях тысяч плакатов и открыток с изображением играющего в футбол Пеле. Пеле отказался возвращаться в сборную в 1974 году и в интервью, данном в 1999 году, сказал: «К тому времени я уже слышал о политических заключенных, пытках и убийствах и не мог продолжать сотрудничать с этим».
Аргентина пиарится
В июле 1966 года в Аргентине произошел военный переворот, третий в стране за 11 лет, и через неделю ФИФА объявила о решении предоставить ей право проведения турнира в 1978 году. За два года до чемпионата мира, после короткого демократического перерыва, вспыхнул еще один военный переворот, и Аргентина погрузилась в «Грязную войну», в ходе которой тысячи людей были убиты, еще тысячи пропали без вести, а десятки или сотни тысяч были заключены в тюрьмы и подвергнуты пыткам в рамках кампании чисток, проводимой режимом против оппонентов. Лидер военной хунты Хорхе Рафаэль Видела знал, что ФИФА преподнесла ему огромный подарок: международный турнир, являющийся дымовой завесой и машиной по связям с общественностью. Столкнувшись с критикой в СМИ и общественным давлением с требованием бойкотировать игры, хунта создает имиджевые фильмы и приглашает знаменитостей в PR-туры по стране. Ожидание того, что ФИФА вмешается и попытается предотвратить циничную эксплуатацию турнира режимом, в то время как тот убивает людей, систематически нарушает базовые права человека и пафосно высмеивает все ценности, которые должен представлять Кубок мира, — это ожидание, которое не могло сбыться в реальности тех дней. Президент ФИФА, бразилец Жоао Авеланж, находился на прямой связи с высокопоставленными членами хунты в своей стране. Видела использовал турнир для произнесения циничных речей о свободе и дружбе, в то время как, пока он выступал на стадионах, его солдаты сбрасывали граждан с вертолетов в открытое море. Весь турнир был запятнан подозрениями во взятках и вмешательстве политиков в работу руководства ФИФА и судей. Аргентина выиграла турнир после победы в дополнительное время над Голландией и попутно спаслась от бойкотов и изоляции. Видела получил передышку и лишь семь лет спустя был приговорен к пожизненному заключению за свои преступления.
Северная Корея удивляет
«Бегите быстро и пасуйте точно». Ким Ир Сен, лидер Северной Кореи, был занятым человеком. Когда состав футбольной сборной посетил его официальную резиденцию перед двумя матчами против Австралии, определявшими, кто выйдет на чемпионат мира в Англии 1966 года, он сократил свою мотивационную речь до четырех слов. По всей видимости, подтекст (если не победите, увидите, как выглядит ГУЛАГ изнутри) помог. Северная Корея победила со счетом 9:2 по сумме двух матчей и квалифицировалась. Этот выход создал головную боль организаторам. Великобритания, воевавшая в Корее на стороне США, не признавала Корейскую Народно-Демократическую Республику, что породило вопрос: как принимать сборную из страны, существование которой вы вообще не признаете? С другой стороны, ФИФА пригрозила переносом турнира из Англии, если та бойкотирует одного из участников. Британцы предпочли замести мусор под ковер: они называли команду «Северной Кореей» и решили, что официальные церемонии, включая гимны, пройдут только в матче открытия и финале, полагая, что Северная Корея туда не дойдет. Но у игроков КНДР были другие планы: они победили и выбили Италию на групповом этапе, проходившем в Сандерленде, став первой азиатской командой, вышедшей в следующий раунд, а через 25 минут четвертьфинала против Португалии вели 3:0, и только выдающееся мастерство Эйсебио, забившего четыре мяча, привело к камбэку и победе Португалии со счетом 5:3 в матче, который судил Менахем Ашкенази. 40 тысяч зрителей заполнили трибуны «Гудисон Парк» в тот день, и миллионы увидели лучшие моменты по телевизору. 11 дней футбола между Сандерлендом и Ливерпулем дали режиму КНДР больше международной пропагандистской мощи, чем любая его официальная политика. «Бегите быстро и пасуйте точно» стало одним из самых известных слоганов фольклора Кубка мира.
Прославление коммунизма
Многие восточноевропейские сборные выходили на чемпионат мира, некоторые даже доходили до высоких стадий (золотое поколение Польши дважды занимало третье место), в то время как режимы в этих странах использовали турниры (и Олимпиады) как инструмент международной пропаганды для прославления коммунизма и покупки спокойствия внутри страны. Самым запоминающимся выступлением команды из-за «железного занавеса» является, конечно, выступление Восточной Германии, которая гостила у Западной Германии в 1974 году и победила ее на групповом этапе — результат, который считается одним из крупнейших сюрпризов в истории турнира.
Ирак Саддама
Ирак выходит на ближайший чемпионат мира после 40-летнего отсутствия. Удивительно, но пиковые годы иракского футбола, а вместе с ними и последнее выступление сборной на турнире в Мексике в 1986 году, пришлись на правление диктатора Саддама Хусейна, который назначил своего сына, Удея, ответственным за сборную и Олимпийский комитет страны. Еще более поразительно то, что успех сборной пришелся на пиковые годы долгой войны против Ирана. Саддам и его сын полностью осознали огромную власть, находящуюся в руках того, кто держит ключи от самого популярного спорта в стране. Футбол — это наркотик, его ярые фанаты — наркозависимые, а иракский режим был их жестоким дилером. Успехи в футболе помогали преодолевать потери и поражения на поле боя, плохое экономическое положение и хаос жизни в Ираке того времени. Футбол и успех национальной сборной обеспечивали передозировку патриотизма, а результаты на поле немедленно транслировались в связь с режимом: победы были доказательством успеха режима, его силы и популярности, в то время как поражения встречались суровыми наказаниями в отношении тренерского штаба и состава игроков, включая жестокие пытки от рук Удея Хусейна. Игрокам было ясно: они не просто представляют страну и граждан, флаг и гимн, они также являются прямым ответвлением режима, они должны представлять его и приносить ему честь. Ни у кого из игроков в составе не было выбора. Никто не мог отказаться.
Иран и «Большой Сатана»
Что естественным образом подводит нас к Ирану 2026 года. Это его седьмое выступление и четвертый раз подряд, когда он попадает на турнир. Первый выход иранской сборной на чемпионат мира состоялся в 1978 году, за год до Исламской революции, а ее самым запоминающимся матчем был матч 1998 года во Франции, в котором она победила США со счетом 2:1. Но на этот раз речь идет о совершенно ином событии. Иран и США по-прежнему являются непримиримыми соперниками, представляющими собой крупнейшие символы идеологической войны между иранской исламской диктатурой и американской демократией. Но если в 1998 году это была теоретическая борьба, то на этот раз речь идет об иранской сборной, которая гостит в США после того, как американские самолеты в течение долгих недель бомбили цели в Иране, и когда шансы на возобновление войны все еще неясны. Иранский режим, хотя и требует от своих игроков патриотизма и готовности умереть за флаг, не выдвигает там конкретных угроз наказания за плохую игру или результаты. Режим следит в основном за тем, чтобы игроки не позорили Иранскую Республику и ее символы и чтобы никто из них, подобно женщинам на чемпионате Азии в Австралии, не попытался дезертировать на Запад во время игр. И если этого недостаточно, два матча Ирана на групповом этапе пройдут недалеко от Лос-Анджелеса — города, где находится одна из крупнейших общин иранских изгнанников, бежавших от режима, и ее члены планируют крупные демонстрации против иранских властей. И это еще не все: 27 июня Иран, страна, чьи законы решительно выступают против существования или демонстрации гомосексуальной жизни, встретится в Сиэтле с Египтом в матче, который рекламируется как «Матч гордости» (Pride Game).
