От «Нерушимой скалы» до 7 октября: цена обмана и крах концепции

26 августа 2014 года — это дата начала войны, которая продолжается уже почти три года. В конце операции «Нерушимая скала» премьер-министр Биньямин Нетаниягу отправил делегацию в Каир, чтобы как можно скорее завершить боевые действия. Делегацию возглавляли глава «Шабак» Йорам Коэн и командующий Управлением координации действий правительства на территориях (КОГАТ) генерал-майор Йоав (Поли) Мордехай. В это же время, вдали от софитов, в Каире сидели братья Синвар и Дейф. По всей видимости, это было поспешное возвращение к рутине ценой оставления двух бойцов, которые уже «были телами». В тот момент Государство Израиль утратило свои ценности, и начался процесс обмана, который обрушился на нас 7 октября 2023 года.

По сути, утрата ценностей привела к потере связи с реальностью и попаданию в ловушку ХАМАС. Обман — это изощренный прием, который готовят для того, чтобы противник убедился в чем-то одном, в то время как вы планируете нечто совершенно иное. Успех обмана связан с глубоким знанием того, кто его осуществляет, о тех, кого он вводит в заблуждение. Он должен понимать их образ мыслей, слабые места, страсти и степень их коррумпированности. Хороший обман создает у противника незыблемое ощущение безопасности (далее — концепция), ошибочное самовнушение, которое усиливается по мере того, как реальность доказывает обратное. Основные усилия направляются на создание доказательств в подтверждение концепции, а не на поиск фактов для ее опровержения.

Существует множество способов предотвратить «падение» в обман и справиться с концепцией. Самый эффективный — подвергнуть ее реальным испытаниям. Испытание должно быть из «другого мира», иначе концепция всегда найдет способы отмахнуться от него. В этом суть обмана. Звучит сложно? На самом деле — очень просто. И смертельно опасно.

Испытание ценностью

Мы предложили испытание ценностью. Нельзя бросать живых или мертвых солдат в руках врага, потому что тот, кто бросает павших, бросит раненых и, в конечном итоге, бросит живых. Поэтому необходимо требовать от ХАМАС в качестве условия для всего, что он получит, и особенно «гуманитарных» льгот, возвращения тел погибших солдат, а затем — гражданских лиц.

Премьер-министр Нетаниягу бросил наших Адара и Орона Шауля, а затем Авра Менгисту и Хишама ас-Сайеда. Начальник Генштаба Бени Ганц не привез своих солдат с поля боя. Старший сержант Орон Шауль из 13-го батальона «Голани» — отличник президента, а лейтенант Адар Голдин — отличный офицер «Гивати». Когда начальник Генштаба посетил нас и принес письмо об Адаре, в нем даже не было указано, что Адар находится в руках врага и что его нужно вернуть. Глава Управления кадров, генерал-майор Орна Барбивай, после увольнения заявила, что вопрос с Голдином «улажен». Именно она в ту субботу вечером вместе с министром обороны Моше Буги Яалоном и главным военным раввином бригадным генералом Рафи Перецем ручалась вернуть Адара для захоронения.

Генерал-майор Авив Кохави, глава АМАН в то время, не упоминал Адара и Орона. Отчет АМАН, опубликованный месяц спустя и являвшийся, по сути, защитной речью, был полон объяснений об «успехах» в раскрытии туннелей. В нем ни словом не упоминались два солдата ЦАХАЛ, похищенные в туннели. «Проблема семей» — это стало методом. В отчете государственного контролера о «провале туннелей в операции «Нерушимая скала» (апрель 2017 года) нет упоминания о двух солдатах ЦАХАЛ. Как будто они исчезли.

Это было фоном для нашего первого открытого столкновения с Биньямином Нетаниягу, когда моя супруга Лея бросила в лицо премьер-министру при всем народе, мире и Кнессете: «Вы превратили семьи похищенных во врагов народа. Вы превратили проблему возвращения сыновей с поля боя в проблему семей». Фраза, которая будет звучать вечно. Премьер-министр утверждал, что его соображением является предотвращение следующей войны, и просто отмахнулся.

Концепция и «гуманитарные» решения

Обман: поскольку мы не знаем врага и не утруждаем себя его изучением, принимается концепция, полностью соответствующая тому, во что он хочет, чтобы мы верили. «Гуманитарное» решение, предложенное Израилем, снизило способность ХАМАС контролировать население Газы. Поэтому приоритетом правительства Израиля через КОГАТ стало обеспечение едой, водой, электричеством, лекарствами, зарплатами и рабочими местами в обмен на «тишину». ХАМАС установил свои приоритеты, решив, что все, что касается солдат и гражданских лиц, будет обсуждаться за другим столом в обмен на освобождение террористов.

С «Нерушимой скалы» и до 7 октября мы, семья Голдин и члены «Ордена Адара», проводили испытание, призванное разрушить обман. Мы просили проверить истинность концепции. Мы говорили: проверьте свою концепцию, подвергните ХАМАС испытанию, включите возвращение солдат и гражданских лиц в гуманитарное требование. Более того, когда Израиль уже выходит в атаку («раунд») и, в соответствии с концепцией, завершает ее соглашением с ХАМАС о тишине — поставьте возвращение солдат и гражданских лиц условием соглашения. Но концепция была настолько сильна, что они даже отказались проверять ее во время эпидемии коронавируса, когда правительство Израиля отказалось обусловить предоставление аппаратов ИВЛ и вакцин ХАМАС возвращением наших людей.

Здесь возникла ценностная катастрофа, но, что хуже, было построено ослепляющее самовнушение. Мы укрепляли концепцию, стоя с «Черной стрелой» 285 недель подряд до 7 октября, и предупреждали. Мы стояли у ворот офиса премьер-министра 125 раз. Два правительства, три премьер-министра, мы тянули за полы их костюмов, стучали в окна их бронированных автомобилей, пожимали холодные и равнодушные руки и смотрели прямо в остекленевшие глаза. Ценности мы не смогли поставить на первое место, обман не остановили и, к сожалению, концепцию укрепили.

Страх и политическая склонность

У меня были десятки встреч с Нетаниягу на протяжении многих лет. Я всегда встречал там страх перед ХАМАС (начиная от террористов-смертников и взрывов и заканчивая Гиладом Шалитом). Вызов, который мы требовали — противостоять ХАМАС во всех сферах, включая гуманитарную, — всегда встречался страхом: вы хотите войны, гуманитарное восстановление принесет тишину.

Самовнушение концепции опирается на три прочных фактора. Первый — страх и капитуляция, ведущие к «примирению», называемому «умиротворением» (appeasement). Второй — политическая склонность, и третий — деньги. Политическая склонность тоже была там. Газа должна была стать «Хамастаном», чтобы это стало палестинским государством. В 2019 году премьер-министр сказал на заседании фракции «Ликуд»: «Тот, кто хочет предотвратить создание палестинского государства, должен поддерживать укрепление ХАМАС и передачу денег ХАМАС. Это часть нашей стратегии — разделить палестинцев в Газе и палестинцев на Западном берегу». Пресс-секретарь «Ликуда» подтвердил: «Нетаниягу удалось добиться разрыва между Газой и Иудеей и Самарией и разрушить видение палестинского государства». Это детское восприятие, ведь чем сильнее ХАМАС в Газе, тем сильнее его влияние на Западном берегу. Бецалель Смотрич и Орит Струк разъясняли нам это снова и снова, добавляя к этому страх перед освобождением террористов. Двое, которые во имя поселенчества в Иудее и Самарии укрепили концепцию, с готовностью поддались обману и стали величайшими освободителями террористов в еврейской истории, уступая только Биньямину Нетаниягу.

---

Провал «Стража стен»

Испытание успеха обмана ХАМАС было самым большим в начале января 2022 года. «Речь трилогии» начальника Генштаба Кохави в «Институте Газит» гласила: сдерживание террористических организаций в Газе — это результат стратегии, центральным компонентом которой является применение силы. Трилогия «Черного пояса» — «Страж стен» — «Рассвет» создала очень сильное сдерживание. ХАМАС не только не реагирует на наши удары, он даже не рассматривает возможность ответа. Посмотрите на нашу деятельность вчера — мы атаковали значительную цель ХАМАС... По поводу рабочих, которых мы освободили, всего через несколько месяцев после «Рассвета», по капле, по капле. ХАМАС не отреагировал на марш флагов, на ликвидацию членов ХАМАС... ХАМАС выбрал путь нереагирования и отсутствия инициативы по отношению к Государству Израиль».

Фундаментальный пример концепции, которая по привычке углубляет сама себя. Рассмотрим трилогию Кохави. В ноябре 2019 года ЦАХАЛ начал операцию «Черный пояс». С 12 по 14 ноября ЦАХАЛ нанес тяжелый удар по «Исламскому джихаду». ХАМАС ЦАХАЛ не тронул и был поражен тем, что тот не вмешивается. На наше требование включить в соглашение о прекращении огня требование о возвращении солдат и гражданских лиц нам объяснили: «Вы не понимаете... это «Исламский джихад», а не ХАМАС...». Но если ХАМАС сдержан, давайте проверим это возвращением солдат и гражданских лиц.

Операция «Страж стен» в мае 2021 года была долгой и значительной. По поводу нашего крика на протяжении всех дней операции о том, что необходимо обусловить соглашение о прекращении огня возвращением солдат и гражданских лиц, премьер-министр сказал, что не забыл о похищенных и что результаты операции позволяют создать лучшие условия для их возвращения, и, конечно, снова бросил их. Но самообман, ложь самому себе, сокрытие — все под эгидой разрушительной концепции сделали свое дело. Речь Нетаниягу о победе в операции «То, что было, не будет тем, что будет» (21 мая 2021 года) дала понять Синвару, что его обман работает. Также и премьер-министру, который даже два года спустя (июнь 2023 года) сказал, что в операции «Страж стен» ХАМАС был отброшен на десятилетие назад, что его руки были уничтожены, а то, что осталось — это оружие навесного огня, с которым мы тоже разберемся.

«Страж стен» был провалом, потому что не был использован для возвращения павших солдат и гражданских лиц, и углубил концепцию. Нас очень беспокоило, что концепция настолько сильна, что создает ложные представления о «победе». Уже тогда мы вели год борьбы, и все больше деталей раскрывается о разрыве между реальностью и празднованием победы премьер-министра Нетаниягу, министра обороны Ганца, начальника Генштаба Кохави и командующего Южным военным округом Элиэзера Толедано. Мы говорили это очень давно до того, как Гади Айзенкот и Амир Эшель соизволили мягко проинформировать нас о разрыве между тем, что планировалось, и тем, что было выполнено. Представление победы без проверки масштабов провала — это разрыв, который привел к углублению обмана и к «сюрпризу» 7 октября.

Генерал-майор Аарон Халива, который сопровождал нас на протяжении своих должностей главы Оперативного управления и главы АМАН, оценивал период тишины, который наступит, в пять лет. Кому нужно возвращать двух павших бойцов, если ему обещают пять лет тишины? Жаботинский говорил: «Тишина — это грязь, оставление крови и души».

7 декабря 2021 года концепция поднялась на новый уровень. Правительство Израиля праздновало завершение строительства «препятствия». 2 миллиарда шекелей были зарыты в песок. Для исторического снимка выстроились рыцари концепции — начальник Генштаба Кохави, командующий Южным военным округом Толедано и министр обороны Бени Ганц, который сказал: «Мы устанавливаем стену из железа, бетона и датчиков между ХАМАС и жителями Юга. С этим препятствием мы даем стену защиты жителям Юга, и не менее важно — чувство личной безопасности, которое позволит этому прекрасному региону продолжать расти». Из всех мест они решили встать именно рядом с Натив-ха-Асара, мошавом, который защищали три старые стены и одно новое препятствие. До праздника Симхат Тора.

В августе 2022 года, в конце поминальной службы по Адару — восьмой год перед пустой могилой, мы вышли на марш. Мы увидели, что и новое правительство, правительство Беннета, не меняет ничего в концепции. Мы сказали: Газа близка к Кфар-Сабе, всего 100 км. Каждый день мы проходили 30 км и планировали в пятницу провести еженедельную церемонию на КПП Эрез. Мы отправились в путь в сопровождении полиции, по шоссе 4, несколько сотен человек. Мы договорились, что не перекрываем шоссе, а идем по тротуару и спускаемся только на одну полосу. Так мы создали длинную колонну, и все водители на шоссе видели демонстрацию и начали интересоваться, кто эти сумасшедшие, которые идут в августовскую жару по раскаленному шоссе, и зачем?! На второй день с нами было 900 человек, а на третий — более 1000. Ирония в том, что нам не позволили закончить эту демонстрацию. ЦАХАЛ вышел на очередную операцию, «Рассвет», и нас вынудили остановиться в пути перед перекрестком Яд-Мордехай в ходе жестокого столкновения с полицией особого назначения (ЯСАМ). Снова ЦАХАЛ ликвидировал высокопоставленных лиц «Исламского джихада» и не тронул ХАМАС, и снова не обусловили прекращение огня возвращением солдат «Нерушимой скалы». На этот раз в главных ролях были премьер-министр Беннет, министр обороны Ганц, начальник Генштаба Кохави и командующий Южным военным округом Толедано. И снова они углубили самообман, вплоть до 7 октября.

Чтобы победить в войне, нужны две вещи: знать себя и знать врага. 7 октября 2023 года мы проснулись. Новое поколение поднялось и бросилось в бой. Обман был разоблачен, как и цена концепции. Израиль вступил в трехлетнюю войну, которая, как мы до сих пор не знаем, чем закончится, но у нас теперь есть начало понимания врага и начало понимания самих себя, к лучшему или к худшему. Начало понимания, которое знают все: учитель в старшей школе, владелец продуктового магазина, инженер-ядерщик или водитель такси. Нужно различать проблему и решение. Это две разные вещи. Поэтому невозможно, чтобы проблема была одновременно и решением.