Женщин нет, силовиков нет, лидеров нет. Главное, что Нетаниягу доволен | Бен Каспит

В правящей национально-либеральной партии в первой двадцатке есть только две или три женщины. В партии, которая сделала безопасность своим знаменем и возглавляется «мистером безопасность» с AliExpress, главный силовик — это Мири Регев. Даже у Мансура Аббаса есть больше (депутат Йоав Сегалович).

В партии, которая претендует на то, чтобы возглавлять (в том числе) верующий сектор, нет религиозных в первой десятке, и есть только двое (Саада и Караи) во второй. Если ваш фиговый листок — это Моше Саада, о котором суд постановил, что он лжец, давший ложные показания, то у вас проблемы. Не только религиозные, но и моральные.

Комментаторы сегодня утром заявляют, что Нетаниягу может улыбаться. На мой взгляд, это будет из тех улыбок, которыми улыбаются на похоронах. Верно, могло закончиться хуже. Вопрос в том, могло ли быть лучше. Ответ: нет. Нетаниягу уничтожил «Ликуд», опустошил эту славную партию от всякого содержания, оставив лишь гниющую оболочку, дрожащую на ветру.

Тот, кто превращает всех членов своей партии в низших существ, послушных и говорящих «да», не может предъявлять претензии, когда обнаруживает, что его список переполнен такими людьми. Тот, кто заставляет всю свою партию заложить свой ценностный и моральный хребет, не должен удивляться потом, когда ни один значимый кандидат не готов принять бронь в этой партии, когда нет ни одного достойного силовика, готового рискнуть собой и прийти, когда нет ни одного достойного общественного деятеля, готового пожертвовать собой ради него.

«Ликуд» когда-то был славной партией. Партией лидеров, партией идеологии, партией дискуссий, партией, которая вела гордую либерально-силовую линию. Партией, которая защищала своей грудью судебную систему, возглавляла законодательство о правовой реформе, стремилась к принятию конституции и постановила, что «есть судьи в Иерусалиме».

Партией, в которой были лагеря, были фракции, были войны и были столкновения: Шамир против Шарона и Леви, Бегин против всех, «принцы» против всех, были съезды, были голосования, были лидеры и была идеология. От всего этого не осталось ничего. Пустота и тлен. Армия дрожащих карликов, подчиненных воле одной семьи, гонимых ветром любого слуха, исходящего из «Бальфура» и диктующего им следующую методичку.

Кто все-таки выиграл? Уши Нетаниягу и наши. Устранение, слава богу, крикливой Май Голан оставляет нас «только» с накопленным ущербом для слуха от Тали Готлиб, упаси боже. Со своего места в конце второй десятки она будет не менее, а может и более шумной, чем с возможного места в верхушке. Голан придется в будущем являться на допросы в полицию. Если откажется, окажется в тюрьме, где для нее пока прибережено место позора, если и когда она будет осуждена.

Также расставание с подозреваемым в изнасиловании Ханохом Мильвицким не будет слишком тяжелым. Не нужно изнасилование, достаточно было проследить за его жестоким и агрессивным поведением на заседаниях финансовой комиссии, которыми он руководил, чтобы впасть в тревогу. Еще одно большое светило, погасшее преждевременно, — это Идит Сильман. Без сомнения, самый пустой и неловкий человек, ступавший в здание Кнессета, где за эти годы ступало немало таких.

Сильман, которая была влюблена в Мансура Аббаса целый год, которая возглавляла коалицию и часто расписывала ее великолепие «он-рекорд» и «офф-рекорд», увидела свет после того, как ей пообещали бронь. Мне кажется, никто не проронит слезы по ее уходу. Если бы в ее голове был хоть какой-то ум, я бы не удивился, если бы ей было трудно проголосовать за саму себя.

Мы дошли до Дихтера. Ави Дихтера. Бывшего почитаемого главы «Шабака». Большой надежды израильской политики в начале нынешнего тысячелетия. Человека, который провел десятки лет в борьбе с террором, наделенного определенным личным обаянием, живописным арабским языком и славным силовым резюме. Дихтер успел присоединиться к «Кадиме» при Шароне, который его очень ценил, занимать пост министра внутренней безопасности в правительстве Ольмерта, а затем уйти и перейти в «Ликуд».

Здесь с ним случилось что-то странное. Он сдал себя в утиль, отправил на склад свой моральный и ценностный хребет и превратился в коврик, о который семья Нетаниягу вытирала ноги на протяжении всех каденций. Верно, он был там не один. Это был самый длинный и распластанный коврик, который когда-либо здесь видели. Почти все его друзья в «Ликуде» сделали то же самое. Но на Дихтере это выглядело странно. Как будто не к месту. Все-таки этот человек не сделал карьеру на трусости. У него были какие-то доказательства мужества. Так почему?

Причина проста: потому что он, как и большинство других, верил, что сможет стать премьер-министром после Нетаниягу. Да-да, вот и вся история. Только продержаться и быть там, когда это случится. Как сделал Ариэль Шарон в свое время, после поражения Нетаниягу в 99-м. На этом алтаре Дихтер принес в жертву свое доброе имя, и теперь он смотрит, как оно сгорает в вечном огне. Как жаль. Но эй, это не заканчивается, пока не заканчивается. Кто знает, может быть, ввиду нехватки силовиков, Нетаниягу согласится забронировать Дихтера в списке, чтобы в нем был хотя бы один силовик. Этот силовик уже давно не действует ради безопасности государства, а скорее ради безопасности семьи Нетаниягу, но это лучше, чем ничего.

Невозможно закрыть такой список без Нира Барката. Когда ты доходишь до дна бочки, скребешь его, умудряешься прокопать еще локоть или два внутрь, ты доходишь до него. Десять мер низости спустились в мир, вышеупомянутый взял 11 из них. В последние месяцы он не пропустил ни одной кочки. Не было такого унижения, которое оказалось бы малым для его масштабов. От нелепого путча, который он пытался возглавить после 7 октября, демонстрируя лидерство пустой консервной банки, до валяния в пыли ног каждого, кто когда-либо сказал «здравствуйте» госпоже Нетаниягу с тех пор и до сих пор.

Я думаю, что можно было сделать с сотнями миллионов, которые эта семья потратила за последние двадцать лет, чтобы сделать его премьер-министром, и глаза мои увлажняются. Кто знает, может быть, семья Нетаниягу согласилась бы освободить арену за меньшую сумму. Мы никогда не узнаем.

Баркат как-то просочился в конец списка, очень естественное место для него, но по всем оценкам это еще не конец. Нетаниягу может вспомнить, что хочет забронировать какую-то партию перед выборами, чтобы предотвратить сгорание голосов. Это прогонит Барката еще на немало мест вниз и превратит его в идеальный гротеск, в сатирическое произведение в стиле Эфраима Кишона о самом себе.