Перед роспуском Кнессета: вопрос не в том, кто победит, а в том, поверит ли общество результатам

Доверие — главная валюта демократического государства. Оно важнее силы полиции, армии, ЦАХАЛ, Шабак, Моссад или судов. Все эти институты эффективны лишь до тех пор, пока общество убеждено, что они действуют от его имени, ради него и в рамках закона. Гражданин должен знать, что госслужащие верны государству, а не служат премьер-министру, поработившему систему ради нужд обвиняемого по уголовным делам.

Именно это доверие в Израиле сейчас подорвано. Проблема глубже, чем просто отношение к Нетаниягу: утрачена вера в способность государственных систем противостоять ему.

Израиль вступает в один из самых чувствительных периодов своей истории. Премьер-министр, потерявший доверие большинства, отстающий в опросах и несущий на себе груз провала 7 октября и собственного судебного процесса, продолжает удерживать власть. Он окружает себя людьми, которые осознают: другое правительство немедленно их уволит. Суть не в их талантах, а в том, что они вступают в должности под покровительством человека, для которого государство, война, заложники, бюджет и выборы — лишь фигуры на шахматной доске его личного выживания.

В нормальных условиях граждане должны полагаться на то, что Шабак, полиция и Центральная избирательная комиссия действуют с абсолютной государственной ответственностью. Когда глава Шабак предупреждает о попытках искажения результатов выборов, общество должно прислушаться. Но мы не в нормальной ситуации. Когда глава Шабак, будучи политическим назначенцем, начинает вбрасывать в общество разговоры об «опасениях фальсификаций», возникает вопрос: получаем ли мы профессиональное предупреждение или подготовку политической почвы?

Это ужасный вопрос, и сама необходимость его задавать — трагедия. Но в раненой демократии такие вопросы порой становятся единственным путем к истине.

Аналогичная ситуация складывается вокруг Моссада. Государство не может позволить себе назначение главы ведомства, над которым висит подобное облако сомнений. Эта должность требует абсолютной чистоты. Когда действующий глава Моссада выступает против назначения преемника, когда необычные обращения передаются юридическому советнику и в Верховный суд, а премьер-министр борется против самого факта раскрытия этого сопротивления — порядочный кандидат должен был бы остановиться сам. Он должен был заявить: «Я не хочу вступать в должность через институциональную гражданскую войну. Я не хочу быть главой Моссада, которого значительная часть системы считает личным назначенцем премьер-министра, а не назначенцем государства». Но время политизировано, и фундамент государства рушится камень за камнем.

Переходный период без инструкций

В среду Кнессет должен проголосовать за свой роспуск. Казалось бы, стандартный демократический процесс, но в Израиле 2026 года даже эта процедура выглядит наивно. Все понимают, что Нетаниягу сделает всё, чтобы назначить удобную дату выборов. Он будет тянуть время, искать предлоги, новые войны или «события в сфере безопасности».

Премьер-министр вправе принимать трудные решения во время войны, иногда он обязан это делать. Но такие решения опираются на базовое доверие общества к тому, что национальные интересы стоят выше личных. У Нетаниягу это доверие утрачено: он раз за разом доказывал, что его личная выгода — это катастрофа для граждан Израиля.

Государство способно справляться с внешними врагами — Ираном, «Хезболлой», ХАМАС, международным давлением и экономическими кризисами. Гораздо сложнее справляться с ситуацией, когда руководители правоохранительной системы знают, что будут уволены в случае смены власти, или когда они боятся противостоять интересам премьера, опасаясь последствий для себя.

Это рецепт опасной нестабильности. Демократическое общество рушится, когда граждане перестают верить, что правила едины для всех. Когда они сомневаются, что полиция служит им, а не профильному министру, и что высшие командиры принимают решения исходя из соображений безопасности, а не политики.

Сейчас не время для парламентских приличий. Требуется бдительность на всех фронтах: в Кнессете, в избирательной комиссии, в судебной системе, в соцсетях. Нужно пресекать любые попытки внедрить в сознание идею о том, что поражение Нетаниягу равносильно фальсификации выборов. Это семя нужно вырвать, прежде чем оно прорастет. Мы видели в других демократиях, как это начинается.

Любой, кто любит Израиль, должен осознать: это опасное время. Человек у штурвала лишен комплексов и тормозов, он циничен и доказал, что готов на всё ради выживания.

Предстоящие выборы — это не просто голосование, это тест на выживание израильской демократии. Тест на то, осталось ли здесь государство или остались только власть и вооруженные отряды. Доверие нельзя требовать силой, его нельзя узаконить. Оно строится на чистых решениях и лидерстве, понимающем, что государство важнее личности. Пока Нетаниягу управляет нашей жизнью, превращая нас в пешки в своей игре на выживание, доверие не вернется.

А без доверия не побеждают в войнах и не строят общество. В конечном счете, даже очень сильное государство обнаруживает, что оно пустое изнутри. Пока мы не вернем доверие, пришло время смотреть в оба и сражаться.