Победные реляции и реальность: что останется ультраортодоксам после этой каденции

Сообщения о победе и многочисленные речи депутатов Кнессета от ультраортодоксальных партий после принятия Основного закона: «Изучение Торы» и закона о замораживании арестов уклонистов — не более чем попытка компенсировать каденцию, которая началась «на небесах», а закончилась почти «под землей». С точки зрения «Яадут ха-Тора» и ШАС, вечер голосования выглядел как ситуация «win-win». Первоначальной задачей было пройти период «бейн ха-зманим» (летних каникул в мире ешив) без арестов, чтобы избиратели пришли к урнам с чувством, которое было бы хоть немного лучше, чем казалось еще месяц назад. Однако после того, как Верховный суд издал приказ о замораживании закона, партии перешли к плану №2 — сосредоточить предвыборную кампанию на критике судебной системы.

Даже ШАС, которая завершает каденцию, добившись немалого из желаемого — избрания главных раввинов, городских раввинов и судей (даянов), то есть вопросов, находящихся в центре стремлений партии, — придется нелегко: назначение раввина в Ход-ха-Шароне не мобилизует публику так, как угроза ареста для ребенка или невозможность записаться на программы «квартира со скидкой». Вопрос в том, сможет ли ультраортодоксальный избиратель, даже тот, кто в конечном итоге проголосует в соответствии с указаниями раввинов, простить разрыв между обещаниями в сказочных коалиционных соглашениях и реальностью, которая оказалась гораздо менее щедрой.

Ультраортодоксальным партиям придется напомнить избирателям, на ком лежит ответственность: законы об освобождении от призыва, Основной закон: «Изучение Торы», отмена реформы кашрута, укрепление статуса раввината и возможность влиять на назначения — все это было частью сделки между ультраортодоксами и всеми партиями коалиции, без каких-либо возражений. Однако в «Ликуде» предпочли судебную реформу, обещая, что она поможет защитить будущий закон о призыве от Верховного суда, но резкий общественный протест охладил ситуацию. Затем наступило 7 октября и спутало все карты.

И все же у ультраортодоксальных партий была веская причина злиться на коалицию, которая вела себя нечестно, не имея смелости сказать правду: невозможно обеспечить массовое освобождение от призыва в то время, когда молодые люди гибнут в Газе и Ливане. Необходимо было глубоко изменить подход, который не выражался бы только в словесном согласии с целями призыва (например, четкое заявление раввинов о том, что тот, кто не учится, обязан служить). Вместо этого премьер-министр и его посланники в коалиции предпочли продавать ложные надежды, будто освобождение от призыва уже не за горами.

Тем временем, как и ожидалось, Верховный суд распорядился призвать каждого ультраортодоксального юношу, наложив при этом тяжелые санкции на тех, кто не явился по повесткам, и давление со стороны улицы усилилось. В этот вакуум вошли радикальные фракции, такие как «Иерусалимская фракция», которые всегда выступали против любого урегулирования и уже много лет требуют, чтобы освобождение было полным для всех, кто не хочет служить: без разрешений, квот и документов. Еще более десяти лет назад там утверждали, что попытки достичь согласованного с государством закона приведут к новым уступкам в будущем, и в конце концов, не дай Бог, кто-то еще может пойти служить. Теперь эти фракции встали во главе борьбы, захватили мейнстрим и обвинили ультраортодоксальных депутатов в «торговле душами Израиля».

Депутаты оказались между молотом и наковальней: с одной стороны, требование принять закон об освобождении, а с другой — те, кто описывает его как компромисс в отношении мира Торы. А затем, когда ни то, ни другое не удалось, появилась последняя сделка, которая переложит «горячую картофелину» на следующую каденцию. Поэтому, несмотря на резкие анти-ультраортодоксальные настроения, и при условии, что явка в секторе сохранится, ультраортодоксальные партии придут в следующий Кнессет с сильными картами. Нетаниягу, который за последнюю неделю прошел долгий путь, чтобы сохранить блок, снова получит закон о призыве в качестве базового условия. С другой стороны, трудно поверить, что блок во главе с Айзенкотом, например, полностью избежит попыток ухаживания, по крайней мере за ШАС — партией, которая симпатична его матери последние 30 лет. А если «Яадут ха-Тора» и ШАС окажутся в оппозиции? По крайней мере, им будет кого винить.