Почему израильские либералы поддерживают оккупацию
Израильский либерализм, будучи неотъемлемой частью сионистского движения, исторически сформировался как националистический, что предопределило его противоречивое отношение к вопросам безопасности и оккупации. Слабость либеральных сил в Израиле также обусловлена необходимостью решать экзистенциальные государственные задачи в условиях постоянного военного конфликта и отсутствия конституции.
Почему израильские центристские партии проявляют слабость и подают лишь робкий голос протеста против происходящего на оккупированных территориях? Почему израильский либерализм не занимает четкую позицию в отношении оккупации, статуса религии и государства, прав арабских граждан Израиля и множества других проблем, занимающих общество с момента основания страны?
Очевидный ответ, проявившийся еще в 1950-е годы, заключается в том, что израильский либерализм слаб, а его влияние сосредоточено преимущественно в сферах права, культуры и экономики. В вопросах безопасности и социальной политики существенной разницы между ним и правыми силами практически нет. Подавляющее большинство израильских либералов поддерживают — открыто или вполголоса — оккупацию; они оправдывают военную политику Израиля, включая экспорт оружия проблемным режимам. Многие из них, хотя и не все, заинтересованы в сохранении западно-ашкеназской гегемонии в культуре и обществе.
Чтобы понять эти странные модели поведения, необходимо прояснить, что термин «либерализм» является сложным и проблематичным понятием. В базовом смысле он означает свободу личности, разделение властей и верховенство закона. Однако следует различать «либерализм в Израиле» и «израильский либерализм».
Первое означает импорт западных теорий: «конституционная революция» Аарона Барака, неолиберализм в экономике или продвижение прав меньшинств в культуре. Все это — примеры юридического, экономического и культурного либерализма в Израиле.
«Израильский либерализм» — это нечто иное. Это особый вид мышления, развившийся еще до создания государства, который можно назвать национальным или даже националистическим либерализмом. Подобные сочетания не являются израильским изобретением: в Англии, Франции и Германии буржуазные либеральные движения часто поддерживали империализм, колониальную эксплуатацию и подавление внутренних «врагов», таких как рабочий класс или религиозные институты.
Уникальные местные оттенки
С этой точки зрения израильский либерализм похож на западный, но имеет свои особенности. Он был плотью от плоти сионистского движения, которое, в свою очередь, копировало националистические модели Центральной и Восточной Европы. Даже либеральные крылья сионизма поддерживали приобретение земель и создание поселений, зачастую насильственными методами.
В первые годы существования государства либералы поддерживали военное управление, а после Шестидневной войны — удержание Западного берега. Израильский либерализм носил «фолькистский» характер: он верил в еврейское превосходство, питал глубокую, почти мистическую связь с землей и проявлял подозрительность к арабскому меньшинству. Национальный, а по мнению некоторых, и расистский характер этого течения нашел свое отражение в поддержке закона о национальном характере государства в 2018 году.
Рождение израильской либеральной трагедии из сионизма объясняет ее первоначальные слабости, от которых движение не излечилось до сих пор. Однако есть и другие причины. Европейский либерализм вызревал веками, тогда как израильский строился в невозможных условиях: постоянная война, переход от аграрной экономики к промышленной, интеграция иммигрантов из стран Азии и Африки и отсутствие конституции.
С социально-политической точки зрения трудности израильского либерализма — это продукт структуры, возникшей вследствие позднего создания национального государства. Необходимость решать все кардинальные проблемы одновременно привела к острым противоречиям и нестабильности, от которых израильский либерализм страдает по сей день.
Автор — историк и исследователь культуры, профессор кафедры истории и философии колледжа Шенкар, также преподает в Университете Райхмана и в Еврейском университете.
