«Почему мы их финансируем?»: в странах Персидского залива призывают распустить Лигу арабских государств
В то время как Иран непрерывно атакует страны Персидского залива, богатые арабские государства обнаруживают, что Лига арабских государств, получающая от них сто миллионов долларов в год, ограничивается лишь формальными осуждениями. Растущее разочарование неэффективностью организации подталкивает арабских лидеров к поиску новых союзов, включая сближение с Израилем.
В странах Персидского залива нарастает гнев в отношении Лиги арабских государств и Египта, который ею управляет. Пока Иран непрерывно ведет огонь по энергетическим объектам и гражданским целям в Саудовской Аравии, ОАЭ, Бахрейне, Катаре и Кувейте, Лига ограничивается бледными заявлениями. На фоне того, как США изучают эффективность ООН, всё чаще звучат вопросы о необходимости существования Лиги арабских государств — архаичного, дорогого и, по мнению многих, бесполезного органа.
Администрация президента США Дональда Трампа неоднократно поднимала вопрос о целесообразности финансирования ООН, учитывая антиамериканскую направленность многих решений организации. Аналогичные настроения зреют и в богатых странах Персидского залива. В то время как эти государства подвергаются ударам иранских ракет и беспилотников, Лига арабских государств отделывается дежурными фразами о «полной солидарности» и «призывах к миру». В арабских СМИ и социальных сетях всё чаще напоминают, что именно шесть стран Совета сотрудничества арабских государств Персидского залива (ССАГПЗ) несут основное бремя финансирования Лиги.
Исторический контекст и утрата влияния
Лига арабских государств была основана в марте 1945 года, незадолго до создания ООН. Изначально она должна была координировать позиции арабских стран, предотвращать конфликты и выступать единым фронтом против колониализма и сионизма. В первые годы своего существования организация обладала реальным политическим весом.
Однако уже вскоре проявились системные проблемы. Арабские армии действовали разрозненно, а Лига зачастую закрывала глаза на нелегитимные действия своих членов, например, на вторжение сирийских войск в Ливан в 1976 году. Единственным случаем, когда организация проявила активность, стало вторжение Саддама Хусейна в Кувейт в 1990 году, но даже тогда это было инициативой Саудовской Аравии, обратившейся за помощью к США (операция «Щит пустыни»), которую Лига лишь формально одобрила незначительным большинством голосов.
Неэффективность и кризис идентичности
Даже крайние меры, такие как приостановка членства Египта в 1979 году или Сирии в 2011-м, не принесли желаемых результатов. Мирные инициативы Лиги, включая Таифское соглашение 1989 года и Арабскую мирную инициативу 2002 года, также не увенчались успехом. В отличие от ООН, у Лиги нет исполнительного органа, подобного Совету Безопасности. Попытки создания совместных арабских сил неизменно наталкиваются на соперничество между Саудовской Аравией и Египтом, а также на фундаментальные разногласия относительно того, кто является главным врагом арабского мира — Иран или Израиль.
Саудовская обозреватель Сукайна аль-Мушайхис в своей статье для газеты «Аль-Хурра» назвала косметические кадровые перестановки в руководстве Лиги недостаточными. Министр иностранных дел Кувейта Джарах Джабер ас-Сабах на 165-м заседании организации в Каире прямо выразил недоверие институту, заявив, что Лига не обеспечивает защиту своим членам перед лицом реальных угроз. В свою очередь, Анвар Гаргаш, советник президента ОАЭ, отметил в сети X, что отсутствие активного арабского органа в момент иранской агрессии стало очевидным фактом.
«Какая нам от нее польза?»
Знаменитая поговорка «Арабы договорились не договариваться» как нельзя лучше описывает нынешнее состояние Лиги. В эфире телеканала «Аль-Арабия» кувейтский медиадеятель Мухаммед аль-Мулла задал риторический вопрос: зачем тратить 100 миллионов долларов в год на организацию, которая реагирует на атаки с многодневным опозданием и лишь публикует программные документы? Он призвал к упразднению института, который, по его словам, лишь покрывает долги неэффективных режимов.
Эмиратский обозреватель Мухаммед Таки пошел еще дальше, заявив, что эпоха панарабского национализма («кавмия») подошла к концу, уступив место локальным интересам («ватания»). По его мнению, ожидание общеарабского консенсуса лишь парализует возможности стран региона.
В будущем, которое наступит после окончания войны, Ближний Восток, вероятно, ждет переоценка всех институциональных рамок. Страны Персидского залива уже ищут альтернативы: помимо ССАГПЗ, они развивают союзы вне арабского мира, такие как «Соглашения Авраама» с Израилем или договоры о взаимной обороне с Пакистаном. Будущее Лиги арабских государств — организации, созданной для борьбы с колониализмом прошлого века, — выглядит всё более туманным в условиях современных вызовов, таких как суннитско-шиитский конфликт и борьба с терроризмом.
Д-р Ярон Фридман — исследователь и преподаватель арабского языка на кафедре изучения Ближнего Востока и ислама в Хайфском университете.
