Почему палестинское государство — это срочный израильский интерес?
Упорство в «управлении конфликтом» и опора только на военную мощь разбиваются о реальность экономического, социального и оборонного истощения на семи фронтах. Чтобы обеспечить региональную стабильность, сохранить стратегические союзы и предотвратить упадок экономики, Израиль должен признать, что решение о двух государствах является жизненно важным страховым полисом.
Современная история — это кладбище военной гордыни. От Вьетнама до кровоточащего Ближнего Востока XXI века было доказано, что технологическая мощь не способна подавить национальные чаяния. США, самая сильная держава в мире, отступили из Афганистана и Ирака, потерпев поражение. Как сформулировал Генри Киссинджер: «Партизаны побеждают, если они не проигрывают; регулярная армия проигрывает, если она не побеждает». Урок ясен: без политического горизонта война — это лишь перерыв до следующего витка насилия.
В настоящее время, когда Израиль противостоит семи открытым фронтам, мы должны признать реальность: страна не может долго выдерживать многофронтовую войну на истощение. Израильская экономика, резервистская армия и социальная устойчивость рассчитаны на короткие кампании, а не на годы бюджетного и душевного износа, лишающего государство его активов. «Управление конфликтом» оказывается опасной ставкой, за которую приходится платить невообразимую цену кровью.
Десять красных флагов, ливанская трясина, пробелы в защите, удар по чувству безопасности, дети Израиля, растущие в заведомо нездоровой реальности, физический, имущественный и душевный ущерб — все это известно и знакомо.
В центре борьбы стоит судьбоносное столкновение двух мировоззрений: с одной стороны — радикальная религиозно-мессианская концепция, как иудейская, так и мусульманская, стремящаяся к вечной войне за святую землю и питающаяся взаимным уничтожением. С другой стороны стоит реалистичная, экономическая и демократическая концепция, понимающая, что мощь государства измеряется технологиями, международными союзами и гражданским процветанием. Выбор в пользу палестинского государства — это решение в пользу здравого реализма вместо религиозного апокалипсиса.
Противники будут утверждать, что признание палестинского государства — это «капитуляция перед террором», но верно обратное: террор питается отсутствием решения. ХАМАС и Иран хотят вечности конфликта; палестинское государство — это самый тяжелый стратегический удар по ним, так как оно лишает их оправдания для существования. Утверждение о том, что арабский мир видит в нас «чужеродный элемент», игнорирует тектонические изменения в регионе: умеренный суннитский мир — Саудовская Аравия, ОАЭ и Египет — видит в Израиле стратегического партнера против Ирана, но настаивает на палестинском решении как условии для открытого союза.
Более того, региональная стабильность зависит от соседней Иордании. С палестинским большинством в населении королевство стоит на пороховой бочке. Отсутствие политического горизонта расшатывает режим в Аммане и угрожает превратить самую длинную границу Израиля в еще один активный фронт. Палестинское государство — это страховой полис стабильности королевства и, соответственно, безопасности Израиля.
Экономически данные однозначны. Согласно RAND, решение о двух государствах добавит к израильскому ВВП около 123 миллиардов долларов за десятилетие. С другой стороны, стоимость содержания сил ЦАХАЛ в Иудее и Самарии ежегодно вычитается из систем образования и здравоохранения. В эпоху многофронтовой войны экономическое бремя поддержания статус-кво — это гиря, угрожающая потопить экономику.
«День после» уже наступил. Признание палестинского государства — это самый смелый и реалистичный поступок. Это единственный путь обеспечить истинную безопасность и процветание внутри стабильного суннитского пространства. Пришло время заменить доктрину силы мудростью государственной политики.
Автор — консультант по коммуникациям и стратегии.
