Политик, обещавший честность, стал символом общественного разочарования

На протяжении многих лет Моше Кахлон продавал нам продукты, завернутые в блестящую упаковку «социальности» и честности. Он позиционировал себя как антитезу коррумпированному политиканству, как великого защитника слабых слоев населения и человека, пришедшего снизу, чтобы «вычистить авгиевы конюшни».

Однако на этой неделе, с подачей обвинительного заключения в рамках досудебного соглашения, эта маска была окончательно сорвана. Бывший министр финансов признает вину и будет осужден за правонарушение, связанное с отчетностью согласно Закону о ценных бумагах. Ранее он находился под следствием по подозрению в сокрытии информации о растрате пяти миллионов шекелей в компании внебанковского кредитования «Юнет Кредит», совет директоров которой он возглавлял. Тем самым Кахлон пополнил длинный список политиков, которые обещали чистоплотность, а оставили после себя лишь запах политиканства, а порой и преступности.

Моше Кахлона не будет не хватать в израильской политике. По правде говоря, было бы лучше, если бы он покинул ее гораздо раньше. Тот, кто возглавлял совет директоров «Юнет Кредит» и предпочел промолчать перед лицом растраты в филиале в Назарете, действовал по старой схеме: видеть, знать и выбирать сокрытие. Это ценностный крах человека, который был обязан охранять деньги общества и инвесторов, но вместо этого предпочел скрыть правду.

В общественном прошлом Кахлона отчетливо прослеживается другое дело, не менее резонансное, которое раскрыло его поведение за кулисами — история с судьей Эти Крейф. Когда Кахлон занимал пост министра финансов и члена комиссии по назначению судей, вскрылись его близкие связи с Крейф, что вызвало бурю негодования относительно механизмов назначения судей в Государстве Израиль. Уже тогда возникло ощущение, что Кахлон действует внутри закрытой системы интересов и личных связей, вдали от пристального взора общественности.

Существует связующая нить между проблемным поведением в деле Крейф и сокрытием информации в «Юнет Кредит». Это прямая линия абсолютного пренебрежения нормами прозрачности и правдивой отчетности. В обоих случаях Кахлон доказал, что, когда обществу нужен честный лидер, готовый встать на защиту справедливости, оно получает политика, оберегающего приближенных и собственные интересы.

Ожидаемое наказание в случае утверждения сделки о признании вины — отстранение на 18 месяцев от должностей в публичных компаниях, условное тюремное заключение и штраф в размере 180 тысяч шекелей — является, возможно, взвешенным юридическим решением, но с общественной точки зрения это «красная карточка». Общество, уставшее от битв и пресыщенное разочарованиями в своих лидерах, больше не купится на знаменитую улыбку и предвыборные лозунги того, кто оказался защитником коррупции в рамках своей деловой роли.

Случай Кахлона — важный урок для всего общества. Это напоминание о том, что политиков следует оценивать не по их популистским предвыборным обещаниям, а по их действиям в моменты истины. Кахлон покидает арену с позором. Общественное протрезвление в отношении этого человека и его обещаний — пожалуй, единственный светлый момент в этом печальном деле.