Проблема, которую ультраортодоксы игнорируют — и она только усугубляется | Шломо Шамир
Ультраортодоксальная общественность в Израиле страдает от глубокого кризиса лидерства, особенно в литовском направлении. Великие знатоки Торы пользуются уважением, но на деле не выполняют роль лидеров, в которой нуждается сектор.
На ультраортодоксальную общественность в Израиле, особенно на ту ее часть, что идентифицирует себя с литовским направлением (литваками), давит серьезная проблема, а если быть точнее — настоящая беда. Тот факт, что подавляющее большинство этой общественности, по всей видимости, не осознает ее масштабов, лишь усугубляет последствия для статуса общины и ее имиджа в израильском обществе.
Дело не только в том, что на протяжении многих лет у ультраортодоксального сектора — как литовского, так и хасидского — нет фигуры признанного, согласованного и влиятельного лидера, авторитетного для всех частей общины. Проблема заключается в том, что те, кого называют лидерами ультраортодоксально-литовского крыла и кого СМИ превозносят как влиятельных лиц, не являются лидерами и не представляют собой руководство в том смысле, который был принят на протяжении многих поколений.
Чтобы было ясно: раввин Моше Гиллель Хирш и его коллега раввин Дов Ландо — великие знатоки Торы, духовные личности высочайшего уровня. Они живут скромно и обладают выдающимися качествами. Но одного в них нет — они не лидеры. Оба были коронованы израильскими СМИ как «лидеры литовского крыла». Они достойны всяческого уважения как ученые, но они не являются и никогда не были лидерами в общественном понимании.
Их влияние в практическом смысле ограничено стенами ешив, которыми они руководят. У обоих нет никакой ощутимой связи с широкой ультраортодоксальной средой и отсутствует реальное влияние на нее. Спросите ультраортодоксального общинного деятеля в Бней-Браке или Модиин-Илите, когда он в последний раз консультировался с раввином Ландо или раввином Хиршем по поводу проблем, волнующих общественность. Человек ответит вам с пренебрежительной и недоуменной улыбкой.
В хасидских дворах, больших и малых, раввин Хирш и раввин Ландо вообще не считаются значимым фактором в общественной сфере, а упоминание их имен в беседах между хасидскими функционерами вызывает лишь усмешку. Эти слова пишутся на основе моего личного опыта.
Всегда существовали проявления уважения к главам литовских ешив и великим знатокам Торы. Но в крупных общинах, процветавших в Восточной Европе до Холокоста, действовал неписаный закон: ученым-литовцам не давали доступа к ключевым позициям, особенно в периоды кризисов. Великие знатоки Торы того времени также не были членами Советов мудрецов Торы. При всем почете, который им оказывали, было ясно и согласовано, что главам ешив не хватает лидерских качеств, и лучше не допускать их до статуса, предполагающего реальное влияние на ультраортодоксальную среду.
Есть что-то в литовской ультраортодоксальности, что делает лицо иудаизма суровым, радикальным и строгим. Движение хасидизма возникло как восстание против этого подхода. Хасидизм возвращает иудаизму его светлое лицо, его истинный, сближающий и примиряющий характер, особенно в сфере отношений между человеком и его ближним.
Беда заключается в том, что главы хасидских дворов в Израиле, Адморы, чьему авторитету подчиняются тысячи хасидов — факт, наделяющий их качеством настоящего лидерства, — предпочитают заниматься сохранением и развитием своих дворов. Они остерегаются вмешиваться, особенно публично и открыто, во внутренние проблемы и трудности, с которыми сталкивается израильское общество, включая сам ультраортодоксальный сектор.
