Проблемная борьба Бенета с полицией
Бенету удобно делать вид, что проблема кроется лишь в карьеризме верхушки полиции, тогда как на самом деле речь идет о каханистской заразе, поразившей весь организм организации. Его угрозы уволить госслужащих за политизацию деятельности выглядят как попытка создать сдерживающий эффект, однако они игнорируют реальное положение дел внутри системы.
В череде обещаний, которые Нафтали Бенет выпускает словно пули из автоматического оружия, заявление о том, что в случае избрания на пост премьер-министра он уволит любого государственного служащего, «нарушившего долг верности государству и использующего должность в политических целях», имеет наиболее драматическое значение. Во-первых, в отличие от деклараций в оборонной или экономической сферах, цель здесь — создать немедленное сдерживание. Во-вторых, угроза Бенета затрагивает самую суть опасений по поводу срыва выборов, который невозможен без содействия лоялистов власти в государственных институтах.
Похоже, Бенет действительно верит в существование «глубинного государства» (deep state). Это не удивляет: еще в 2019 году он говорил о необходимости борьбы с «юридическим преследованием», правда, тогда, по его мнению, оно было направлено против Биньямина Нетаниягу. «Лидер правых, который придет после него, будет кастрирован и напуган СМИ и судебной системой», — предупреждал он. Теперь же Бенет, который каждые три минуты напоминает о своей «правости», меньше напуган судебной системой, зато обеспокоен полицией: в эфире программы «Новости 12» он признался Юнит Леви, что видел там «сумасшедшие вещи» и предостерег от «элементов, становящихся политическими».
Похоже, что и Шабак, и его глава — фигура, вызывающая сейчас в правых кругах и особенно в «Религиозном сионизме» чуть большее восхищение, чем сам Бенет, — также не свободны от подозрений. Очередной переворот Бенета заключается не в вопросе о том, заражены ли государственные институты политизацией, а в том, какие именно институты и какой стороне они служат. Репутация Бенета в этой области вызывает вопросы не только относительно его роли в создании токсичного климата, приведшего к нынешней агрессивности, но и в том, понимает ли он истинные корни гниения.
Незадолго до искаженной гротескности на фестивале по случаю дня рождения министра Итамара Бен-Гвира, Бенет заявил, что «десятки тысяч преданных и хороших сотрудников полиции Израиля заслуживают честного, эффективного и государственного командования, подающего личный пример». Это звучит как попытка сфокусировать критику, разделив высшее командование, идущее на компромиссы с совестью, и рядовых полицейских. Однако это иллюзия, граничащая с наивностью: она полностью игнорирует огромную симпатию к Бен-Гвиру на местах. Об этом свидетельствовал бывший пресс-секретарь организации Эли Леви, работавший с тремя министрами внутренней безопасности (Оханой, Бар-Левом и Бен-Гвиром), в интервью программе «Увда» три месяца назад: «Я никогда не видел министра, столь популярного и любимого внутри полиции, на уровне обожания. В конце концов, он поднял им зарплату, принес средства, закупки, бюджеты».
Очевидно, что тотальная поддержка, которую он оказывал полицейским, издевавшимся над протестующими, унижавшим их, бросавшим гранаты и разгонявшим собрания, определенно не повредила его рейтингу. Дала ли явная угроза Бенета им стимул быстро сменить направление, или же, наоборот, использовать свою специфическую силу во время выборов, чтобы гарантировать, что их свобода действий сохранится и при следующем правительстве? Теперь это «обожание» встречается с кандидатом в премьер-министры, который видит в иконе многих полицейских одну из главных причин тяжелого состояния, в которое скатились страна и полиция. Бенету удобно вести себя так, будто вся история — это лишь карьеризм в верхушке провальной организации, в то время как на самом деле это каханистская зараза, распространяющаяся по всему организму.
