Публичный зигзаг и демонстрация силы: что стоит за «запретом» Дональда Трампа Израилю?

Премьер-министр Биньямин Нетаниягу не верил, что это происходит с ним: вчера, в пятницу, Дональд Трамп публично отвернулся от него. Сначала, по крайней мере по его словам, он настаивал как перед американским президентом, так и перед другими эшелонами власти в Вашингтоне, чтобы соглашение о прекращении огня с Ираном не включало Ливан и войну против «Хезболлы». Дональд Трамп и сам говорил об этом постоянно, но в то же время передал послание: хватит значит хватит, США запрещают Израилю атаковать в Ливане. Нетаниягу задается вопросом: «С кем я разговаривал? С моим другом Дональдом или с президентом Трампом?»

На борту своего самолета сегодня ночью Дональд Трамп признал: «Нетаниягу и я не согласны по всем вопросам, но он был очень хорошим партнером». Нет прямой связи между иранским треком и ливанской ареной, за одним исключением: американский президент уже нашел сегодня ночью такую связь в беседе с журналистами. «Можно сказать, что здесь, возможно, есть психологическая связь, — заявил Дональд Трамп. — Но мы собираемся помочь Ливану снова стать государством».

На местах это проявилось еще отчетливее. Израиль прекратил атаки в Бейруте и переключился на юг Ливана — шаг, который выглядит как тихая адаптация к американскому давлению. А затем наступил следующий этап: объявление в Вашингтоне о прекращении огня в Ливане, и параллельно иранцы открывают Ормузский пролив, при этом министр иностранных дел Аракчи утверждает, что это произошло из-за того самого прекращения огня в Ливане.

Отсюда уже трудно игнорировать направление.

Дональд Трамп вступил вчера в игру после своих привычных маневров, которые каждый раз заново сбивают читателя с толку: всего за полтора часа он опубликовал серию постов в головокружительном темпе, и в одном из них написал предельно четко: «Израиль больше не будет атаковать в Ливане, это запрещено ему США. Хватит значит хватит!!!».

Это не просто очередное дипломатическое послание, это демонстрация силы. И все же, за заголовками реальность сложнее. Меморандум о взаимопонимании, сформулированный в Госдепартаменте — тот самый документ, который определяет условия прекращения огня, — прямо устанавливает, что Израиль сохраняет за собой право действовать в целях самообороны «против спланированных, немедленных или продолжающихся угроз», в том числе во время прекращения огня. Иными словами: заявление Дональда Трампа драматично, но выстроенный механизм оставляет Израилю пространство для маневра.

Посол Израиля в США Иехиэль Лейтер также четко прояснил это после встречи в Вашингтоне перед объявленным прекращением огня, отвечая на вопрос Walla: «Мы занимаемся только одной вещью — безопасностью граждан Израиля. То, что обеспечит безопасность, будет сделано, а то, что нет — не будет сделано».

Тем не менее, разрыв между риторикой и реальностью не случаен. Дональд Трамп должен был показать, в том числе внутреннему республиканскому электорату, что именно он управляет ситуацией. Не Нетаниягу. И это происходит не в вакууме. Внутри Республиканской партии идет реальный спор о принципе «Америка прежде всего», об Израиле и о степени вовлеченности во внешние войны.

Дональд Трамп знает, что приближаются промежуточные выборы, и ему нужны голоса в том числе более скептически настроенных избирателей — тех, кому не нравится ощущение, что США «идут на поводу» у Израиля или управляются «Биби», как он не перестает его называть (кстати, ему очень не нравится, когда «Биби» называет его «Дональдом», а не «господином президентом»).

И все же картина сложная: свежий опрос института Ipsos показывает, что, несмотря на шумность изоляционистов, именно произраильские лидеры мнений в американском правом лагере, такие как Шон Хэннити, Марк Левин и Бен Шапиро, задают тон дискуссии в большей степени, чем радикальные фигуры вроде Такера Карлсона или Кэндис Оуэнс. То есть произраильская база, не говоря уже о сторонниках Нетаниягу, все еще сильна, но Дональд Трамп обязан балансировать.

Помимо политики, есть еще Иран. В интервью Марии Бартиромо на Fox Business Дональд Трамп позволил редко заглянуть в свой стиль ведения переговоров: «Война очень близка к завершению… Я охрип, потому что весь день кричал на иранцев. Знаете почему? Потому что это то, что они понимают».

И параллельно, в ряде других бесед и в одном выступлении перед сторонниками покойного Чарли Кирка в Аризоне, он уже намечает результат: «Иран согласился на все», включая вывоз обогащенного урана и прекращение поддержки таких организаций, как «Хезболла» и Хамас. Но здесь кроется большой парадокс: чтобы закрыть сделку с Ираном, Дональду Трампу нужна стабильность на северном фронте Израиля. Поэтому, даже если официально связи между аренами нет, на практике она существует.

Нетаниягу, со своей стороны, пытается сохранить хрупкий баланс. С одной стороны, он подчеркивает приверженность безопасности: «У нас есть возможность для исторического мирного соглашения… но при условии разоружения «Хезболлы»». С другой стороны, он уже публично признал, что «мы ответили на просьбу американского президента» о прекращении огня.

Интересно, как долго Израиль сможет продолжать действовать под этим зонтиком. Будет ли любая операция против «Хезболлы» определяться как самооборона и разрешаться? Или американское давление на практике превратится в реальное ограничение?

Что точно: игра изменилась.

Дональд Трамп сигнализирует, что хочет закрыть историю в Ливане, в Иране, и подождите — Хамас в Газе поднимает голову и не готов разоружаться, как было обещано. Он смотрит на цены на нефть, на американскую экономику, которая хочет видеть цену галлона бензина ниже 4 долларов.

С другой стороны, Нетаниягу понимает, что его пространство сократилось. Если он захочет начать еще один раунд боевых действий, ему придется работать с Вашингтоном гораздо усерднее, гораздо больше.