Разгневанные погромщики угрожают нашему дому — сейчас не время для сведения счетов

«Но ведь и Каплан»

Это одна из самых избитых и опасных фраз в израильском общественном дискурсе. Каждый раз, когда происходит серьезный инцидент с демонстрациями, выходящими из-под контроля, вместо того чтобы спросить, является ли он достойным или предосудительным, немедленно ищут прецедент в другом лагере. Вместо того чтобы заниматься самим деянием, занимаются сравнением. Вместо того чтобы устанавливать границы, ведут учет обид.

Действительно, в ходе протеста против юридической реформы и против правительства были те, кто перешел красные линии. Были блокировки и поджоги на дорогах, нарушения общественного порядка, проникновения в частное пространство народных избранников и жесткие, унизительные и насильственные высказывания. При этом поощрялась обусловленность службы в армии срывом политических шагов.

Уже тогда были те, кто предостерегал против нормализации такого поведения, наносящего ущерб ткани совместной жизни. Но тот факт, что были предосудительные действия с одной стороны, не может легализовать предосудительные действия с другой стороны.

Ущерб просачивается

Вторжение в полицейский участок, нанесение ущерба символам власти, преследование общественных деятелей или применение силы против полицейских и солдат с целью угрозы правоохранительным органам не становятся легитимными только потому, что кто-то другой вел себя подобным образом в прошлом. Общество, принимающее логику «но ведь и они», постепенно перестает различать дозволенное и запрещенное, легитимный протест и анархию.

Ущерб не является только точечным. Он накапливается. Он просачивается. Он создает ощущение, что закон — это лишь рекомендация, и что любая группа вправе прогибать его, когда ее цели кажутся ей достаточно важными.

Этот процесс можно наблюдать и в других странах. В волнах протестов и беспорядков последних лет поджигались общественные здания, грабились магазины и наносился ущерб жизненно важным службам. В других местах западного мира легитимные протесты перерастали в акты насилия, и казалось, что сама ярость стала самоцелью. Результат почти всегда идентичен: снижение общественного доверия, отчаяние, растущая радикализация и ущерб способности общества справляться со своими реальными вызовами. А в Израиле цена еще тяжелее.

Большинство из нас хочет строить, а не разрушать

Мы находимся в разгаре войны. Сотни тысяч семей ежедневно беспокоятся о своих сыновьях и дочерях на фронте. Семьи погибших справляются с бесконечной болью. Миллионы граждан стремятся найти немного стабильности, немного ответственности и немного единства внутри тяжелой реальности.

Поэтому у полиции есть не только полномочия, но и первостепенная обязанность решительно действовать против любого насильственного нарушения порядка, независимо от личности протестующих. Поселенцы, «капланисты», ультраортодоксы или любая другая группа — закон должен быть равен для всех. И границы протеста должны быть четкими и непереходимыми.

Большинство граждан Израиля хотят строить. Не разрушать. Соединять. Не подстрекать. Беречь общий дом, за который павшие отдали свои жизни. И этот дом нам нельзя отдавать в руки тех, кто считает, что сила, ярость и бесчинства — это легитимный образ действий. Просто нельзя.