Рука, которая направляет контракты Мадара и Блатта

На бирже есть персонаж, который всегда остается в выигрыше: не покупатель и не продавец, а посредник, снимающий комиссию с каждой сделки, независимо от того, в какую сторону она идет. На этой неделе Мишко Ражнатович превратил тель-авивский баскетбол в свою личную биржу, а два городских гиганта заплатили ему комиссию. Условия были почти идеальными.

Недавно стало известно, что Тамир Блатт подписал контракт с сербским супер-агентом, который уже много лет представляет Яма Мадара. Именно Ражнатович ответственен за переход Мадара из «Партизана» в «Фенербахче», что заставило тренера Желько Обрадовича бойкотировать его и всех его клиентов. Теперь у агента два клиента на одной позиции в двух заклятых соперничающих клубах. А в израильском баскетболе разыгрывающий уровня Евролиги — товар крайне редкий. Проще говоря: две богатые и амбициозные команды хотели совершить покупку, а весь товар находился в одних руках. С этого момента цена могла идти только вверх.

Гениальность заключалась в тайминге. Пункт о выходе Мадара с жестким дедлайном превратил переговоры в аукцион с тикающими часами, а ничто так не взвинчивает цены, как дефицит времени. Параллельно с этим зашедшие в тупик переговоры Блатта с «Маккаби» послужили Мишко точно так же: каждая команда понимала, что если она не заплатит, соперник перехватит разыгрывающего. Каждый шекель, предложенный одной командой своему клиенту, автоматически поднимал цену второго, ведь один и тот же агент присутствовал в обеих комнатах.

Когда «Хапоэль» поднял планку до 3 миллионов долларов за сезон, чтобы удержать Мадара, эта цифра определила и новую стоимость Блатта: его зарплата подскочила с примерно 700 тысяч долларов в «Маккаби» до 1,7 миллиона на другой стороне улицы. Команды попали в классическую ловушку теории игр — дилемму заключенного: ситуацию, в которой каждой стороне выгодно действовать эгоистично, но в итоге проигрывают обе. Если бы «желтые» и «красные» не набрасывались на составы друг друга, зарплаты остались бы на прежнем уровне. Вместо этого каждое предложение вызывало панику у соперника, пока «Хапоэль» не дошел до беспрецедентного предложения в 12,5 миллионов долларов на пять лет (которое было отклонено!), а «Маккаби» не обязался платить израильскому игроку больше, чем когда-либо.

Офер Янай понял правила игры слишком поздно, когда потребовал от Мишко обязательство не заниматься «шопингом» с его предложениями. Это все равно что просить казино перестать зарабатывать на ставках. И суть в том, что в конечном итоге мы, похоже, движемся к обмену: Мадар перейдет в «Маккаби», а Блатт вернется в «Хапоэль». Обе команды остались более или менее там, где начинали, а один сербский «волк» заработал для своих клиентов и для себя несколько миллионов долларов в одном из самых крупных ходов в истории израильского баскетбола. Мадар и Блатт обменялись майками, Янай и Штильман — твитами, а Мишко сменил машину.