С севера придет единство

Одним из самых сильных «тузов» в колоде Израиля в отношениях с администрацией Джо Байдена после 7 октября было совместное проявление национального единства. Президент Байден, прибывший с блиц-визитом в Израиль 18 октября, был глубоко впечатлен встречей с объединенным военным кабинетом, созданным спустя считанные дни после резни. В ходе дальнейшей войны Байден несколько раз направлял в Израиль своего госсекретаря Энтони Блинкена, чтобы по возможности контролировать действия правительства. По просьбе госсекретаря каждый такой визит включал расширенную политическую встречу, на которую приглашались также министры Бени Ганц и Гади Айзенкот.

Мое впечатление от этих встреч заключалось в том, что, хотя госсекретарь Блинкен и был сдержан в отношении воинственности, характерной для политики Израиля в войне, тот факт, что лидеры оппозиции были полноправными участниками формирования жесткой политики, затруднял способность США ограничивать деятельность ЦАХАЛ в Газе, а впоследствии и в Ливане. Даже когда возник прямой спор с президентом США по вопросу оккупации Рафиаха и Филадельфийского коридора, наличие широкого правительства не позволило конфликту выйти из-под контроля. Все, что оставалось Америке требовать от Израиля, — это обеспечить адекватный ответ на гуманитарные аспекты операции, что мы, собственно, и сделали.

Даже когда президент Байден, из-за внутренних политических вызовов, отдал распоряжение задержать поставки определенных видов оружия в Израиль, он старался не «ломать инструменты» перед лицом политического консенсуса, который отражала израильская политика безопасности. Так обстояло дело и тогда, когда деятельность ЦАХАЛ в Ливане была расширена в сентябре 2024 года, и тогда, когда Израиль нанес два беспрецедентных авиаудара по территории Ирана в ответ на ракетные залпы, выпущенные по нам Тегераном в апреле и октябре того же года. Хотя Ганц и Айзенкот вышли из правительства еще в июне, американская администрация прекрасно знала, что их позиция, по крайней мере публичная, по вопросу Ливана и Ирана не противоречила позиции правительства.

После того как президент Дональд Трамп вернулся в Белый дом, необходимость отражать единодушие в политической системе Израиля уменьшилась и даже сошла на нет. Сотрудничество между правительством и Белым домом стало более интимным, чем когда-либо, как в личной связи между лидерами, так и в идентичном восприятии угроз, и, прежде всего, в совместном ответе, который обе страны дали на них. Так, на протяжении примерно полутора лет в Иерусалиме и Вашингтоне принимались весьма значимые скоординированные решения.

Однако сейчас мы оказались в новой ситуации: в последние недели впервые возник разрыв между интересами стран, главным образом в контексте боевых действий на севере. Оперативные ограничения Израиля в Ливане воспринимаются в администрации Трампа как помеха. Иранская настойчивость в обусловливании прогресса в переговорах с США прекращением израильских ударов по Ливану находит у части команды советников в Белом доме внимание и понимание. США делают ставку на политическое соглашение между Израилем и правительством Ливана. Это действительно достойная цель, в продвижение которой важно вкладывать энергичные усилия, но шансы на то, что она разоружит «Хезболлу» в разумные сроки, невелики.

Поэтому крайне важно убедиться, что естественное желание Израиля сохранить беспрецедентный союз с президентом Трампом не подтолкнет нас против нашей воли к принятию политики сдержанности и умиротворения в Ливане. Такая политика будет находиться в глубоком противоречии с четким изменением, которое мы пережили после ужасной слепоты в Газе. Результаты такой сдержанности будут болезненными, прежде всего из-за страданий, которые она навлечет на жителей севера, чья жизнь не является жизнью, а также из-за кровопролитной войны на истощение, которую она навяжет командирам и бойцам ЦАХАЛ, проводящим сейчас маневр на юге Ливана и даже севернее реки Литани.

Можно предположить, что Израиль доводит все эти последствия до сведения президента Трампа и его команды, но на данный момент кажется, что этого недостаточно. Для того чтобы добиться реального изменения позиции США по вопросу Ливана, необходимо восстановить демонстрацию национального консенсуса, которая сопровождала отношения с администрацией Байдена. Близость выборов не позволяет изменить состав правительства, но все еще есть место для совместной инициативы правительства и оппозиции в это время чрезвычайного положения для жителей севера.

Лидеры коалиции вместе со своими политическими конкурентами Нафтали Беннетом, Яиром Лапидом, Гади Айзенкотом и Авигдором Либерманом должны срочно попросить о проведении совместного разговора с президентом Трампом. Это может состояться на экстренной встрече в Вашингтоне, или в ходе зашифрованной видео- или телефонной конференции, и это может быть сделано посредством быстрого визита сюда посланников президента Марко Рубио, Уиткоффа и Кушнера. Задача, возложенная на плечи руководства по обе стороны политических баррикад, будет заключаться в том, чтобы убедить США в том, что вопрос севера не является камнем идеологического преткновения в Израиле. Она подчеркнет, что, хотя внутренний спор среди нас достиг точки кипения во многих плоскостях и вскоре будет решен на избирательных участках, параллельно в Израиле существует консенсус относительно обязанности вести войну на уничтожение с террористической организацией, которую Иран построил, профинансировал и разместил на нашей северной границе, и действовать со всей мощью и решимостью против ее террористической инфраструктуры, а также против ее командиров и боевиков, включая Бейрут и долину Бекаа.

Кто может выступить против такой инициативы? Все. Правительство может увидеть в ней предложение, которое придает легитимность его политическим соперникам и дает им особый статус в чувствительной сфере — отношениях с американской администрацией, к которой у них, естественно, нет никакого доступа. Оппозиция, конечно, не заинтересована в том, чтобы вытаскивать правительство из лабиринта, особенно в то время, когда раскрытие напряженности между Израилем и США помогает ей осуществить свое главное желание: добиться смены власти на выборах. Конечно, и США вряд ли будут в восторге от столь уникального развития событий, которое вновь поставит их перед дилеммой. Президент Трамп может даже увидеть в этом вызывающую манипуляцию Израиля, призванную поставить его в неловкое положение и навредить его шансам предотвратить эскалацию в чувствительный для него, его партии и его страны период. И все же Израиль не может долго мириться с относительной неприкосновенностью, которой пользуется «Хезболла». Цена становится с каждым днем невыносимой. Поскольку демонстрация национального единства по этому вопросу может привести к изменению американской политики, ей необходимо быстро придать резонансное выражение.