Семь выводов о войне против Ирана

Столкновение между Ираном с одной стороны и США и Израилем с другой поставило страны Персидского залива в крайне сложное положение: они не были официальной стороной боевых действий, но несли на себе значительную часть их последствий. Взгляд на развитие событий к настоящему моменту позволяет сделать семь ключевых выводов, рисующих картину региона, который продолжит действовать в условиях жестких ограничений и глубоких опасений по поводу «дня после».

Во-первых, угроза эскалации все еще впереди. Ультиматум президента Дональда Трампа Ирану — который тем временем был продлен — с требованием открыть Ормузский пролив таит в себе потенциал для изменения правил игры. Тяжелый американо-израильский удар по энергетической инфраструктуре в Иране может привести к широкомасштабному иранскому ответу против энергетической инфраструктуры в Персидском заливе, чего Тегеран до сих пор не делал. Такой сценарий не ограничится ростом цен на нефть, но может спровоцировать мировой энергетический кризис и нанести странам Залива тяжелый экономический ущерб, который им будет трудно преодолеть.

Во-вторых, центральная рабочая гипотеза стран Залива: иранский режим выживает. Это восприятие формировало их политику с начала войны. Страны действовали осторожно, избегали необратимых шагов и сохраняли «возможность отрицания» в отношении своих действий. Прежде всего они стремились не сжигать мосты с Тегераном, понимая, что им придется продолжать жить бок о бок с Ираном — возможно, еще более опасным — по окончании боевых действий. С их точки зрения, публичный военный ответ против Ирана не остановил бы атаки, не принес бы реального военного достижения и, главное, обострил бы иранскую реакцию, ставя под угрозу возможность будущего возвращения к политике разрядки (детанта).

В-третьих, Иран добился успехов в войне. Среди стран Залива может усилиться восприятие угрозы, поскольку Тегеран устоял даже после значительного столкновения с самой мощной военной силой в мире, США, и с Израилем. По их мнению, асимметричная иранская военная мощь в Персидском заливе доказала свою эффективность и осталась «мечом у их горла». Иран разглядел в них «мягкое подбрюшье» и может воспользоваться этим в будущем: в Заливе укрепится имидж того, что именно иранский удар по энергетическому сектору привел к отступлению президента Трампа, опасавшегося затягивания войны.

В-четвертых, «мягкое подбрюшье» не обязательно находится в Ормузском проливе. Было продемонстрировано, что пролив действительно является критической точкой удушения, но эффект от его блокировки может быть временным — как только блокада будет снята, рынки постепенно восстановятся. Напротив, иранский удар по энергетической инфраструктуре в странах Залива, такой как завод по сжижению газа в Рас-Лаффане в Катаре — повреждение которого, по утверждению Катара, сократило его мощности на 17% — имеет более глубокие и долгосрочные последствия для мирового энергетического рынка.

В-пятых, Арабский залив не является монолитом. Война доказала, насколько значительны разногласия между шестью странами Залива относительно желаемого образа действий против Ирана, а также целей и продолжительности кампании. Оман и Саудовская Аравия на всем ее протяжении представляли более примирительную и осторожную линию, в то время как ОАЭ придерживались относительно более ястребиного подхода. Эти разрывы затрудняли формирование единой политики, наносили ущерб способности изолировать Иран и получать легитимность для шагов против него.

В-шестых, отношение к Израилю амбивалентно. В глазах многих в Заливе Израиль продемонстрировал впечатляющие военные возможности, которые могут стать благодатной почвой для углубления существующего негласного сотрудничества. Однако для других Израиль превратился в мощную и необузданную военную силу, которая в определенных сценариях может угрожать им самим. Это в дополнение к существующим разногласиям по палестинскому вопросу, которые продолжат бросать вызов способности запустить процесс нормализации.

В-седьмых, взгляд на «день после». Ожидается, что по окончании войны страны Залива пересмотрят свою общую концепцию безопасности. Это происходит на фоне разочарования результатами почти абсолютной зависимости от США в целях сдерживания и защиты. Даже союзы, заключенные с Пакистаном и Турцией, не остановили иранскую агрессию. Результат: некоторые из них могут прийти к выводу, что им необходимо усилить опору на собственные силы и даже получить неконвенциональные возможности для сдерживания.

Д-р Йоэль Гужанский — эксперт по странам Персидского залива в Институте исследований национальной безопасности (INSS), в прошлом сотрудник Совета национальной безопасности (МАЛАЛЬ).