Шани Атиас: «Я боялась, что материнство разрушит мою карьеру»
Актриса Шани Атиас, более десяти лет строящая карьеру в Голливуде, откровенно рассказала о жизни между двумя мирами. В беседе с подкастом «Spill It» она поделилась личными переживаниями о воспитании детей вдали от родины, поиске баланса между семьей и амбициями, а также о том, почему ее сердце навсегда осталось в Израиле.
Уже более десяти лет Шани Атиас (34 года) строит свою карьеру в Голливуде. Подводя итоги достижений за океаном, среди которых гостевая роль в сериале HBO «Хитрости» (Hacks), удостоенном премии «Эмми», и роль в новом проекте Amazon Prime «Иосиф Египетский» (Joseph of Egypt) вместе со своей знаменитой сестрой Моран (45 лет), она признается: ее сердце все еще здесь, в Израиле.
Во время нынешнего визита на родину, куда она приехала, чтобы сопровождать свою подругу, актрису Эфрат Дор, к алтарю, Шани приняла участие в откровенной беседе в подкасте «Spill It» с Лилах Маркович. Она рассказала о годах в Лос-Анджелесе, где познакомилась со своим мужем Томом Шаломом — «мы поженились ровно восемь лет назад, я до сих пор не верю», — и создала семью.
«Я настаивала на израильском партнере»
— В итоге ты нашла израильского партнера.
— Я настаивала на этом. У меня был список условий: разрешение на работу, хороший агент, менеджер, востребованность в индустрии, и «гвоздь программы» — израильский партнер. Я даже не ходила на свидания, если человек не был израильтянином. Это было абсурдно, но в итоге я начала встречаться с парнем из Хайфы, моего возраста.
— И вы познакомились там?
— Да. Если бы какая-нибудь ясновидящая сказала мне: «Ты выйдешь замуж за Тома Шалома из Хайфы», я бы ответила: «Какая бредятина». Нас познакомила общая подруга, которая была со мной в скаутском движении, и вот, 12 лет спустя, мы растим двоих детей.
— Почему для тебя это было так важно?
— Хотя я работаю в глобальной индустрии и считаю себя светским человеком, в семейной жизни мне было важно, чтобы основным языком был иврит. Чтобы не пришлось спорить о том, как и какие праздники мы отмечаем. Пусть наш общий культурный код станет фундаментом отношений.
Между двумя мирами
Атиас привыкла жить на две страны. Но сегодня, будучи мамой двоих детей, она осознает важность регулярных визитов в Израиль: «Мне важно, чтобы дети общались с бабушкой и дедушкой, чтобы они ощущали Израиль и формировали свою идентичность. Когда ты растешь вне страны, ты должен осознанно выбирать эту связь. Дети начинают спрашивать: «Он еврей? В чем различия?» В Израиле такие вопросы не возникают».
— Где дети предпочитают быть?
— Моя дочь, когда узнала, что мы едем в Израиль, спрашивала об этом по шесть раз в день. Мы даже вели отсчет по субботам.
— А где предпочитаешь быть ты?
— Это прозвучит драматично, но мое сердце всегда будет на Востоке, а я сама — на краю Запада. Поэтому я работаю и живу там, но мое сердце здесь. В прошлый раз я застряла в Израиле во время эскалации с Ираном. Пришлось возвращаться в Лос-Анджелес через Кипр, Иорданию и Лондон — 48 часов вместо 14. В аэропорту Иордании, когда у меня открыли чемодан с техникой для прослушиваний, охранник решил, что я шпионка. Я просто хотела домой к дочери.
О карьере и «синдроме сестры»
Атиас признается, что после рождения второго ребенка она прошла через непростой период переосмысления: «Я очень боялась забеременеть снова. Боялась, что это разрушит мою карьеру. Я работала с ментором, чтобы поверить, что может быть иначе. И вскоре после этого получила роль в «Хитростях».
— Ты когда-нибудь чувствовала, что живешь в тени сестры Моран?
— Никогда. Я понимаю, что СМИ нужны были громкие заголовки, но я не определяю себя как «сестра кого-то». Понятно, что я сестра, дочь, жена и мама, и я горжусь этими титулами. Но в индустрии достаточно места для всех. Мы с Моран даже сыграли вместе в «Иосифе Египетском», и это было сюрреалистично и очень весело.
— Где лучше работать: в Израиле или за границей?
— Я очень люблю работать в Израиле — здесь связь между людьми мгновенная, а творчество рождается из ничего, при скромных бюджетах, что невероятно стимулирует. В Лос-Анджелесе же работа — это баловство: огромные бюджеты, пространство, ощущение, что небо действительно высоко и нет предела мечтам.
