Шантажисты, вы надоели

В воскресенье вновь перекрывали дороги. Это стало рутиной. В ночь на понедельник, после ареста дезертира, преступники ворвались в полицейский участок в Бейт-Шемеше, бесчинствовали, крушили оборудование и подожгли соседнее поле. В понедельник состоялись похороны Михаэля Юткина и Адама Царфати. Целая нация плачет, и именно в эти моменты насилие достигло новых пиков: блокировки дорог, остановка поездов, вторжения в полицейские участки. Моше Гафни, со своей стороны, призвал ультраортодоксов прекратить всякое сотрудничество с полицией. Они делают гораздо больше, чем просто проявляют неподчинение.

Однако разговоры о том, что «речь идет лишь о горстке», а сами ультраортодоксы прекрасны, продолжаются. А они продолжают свое. Это молодые люди, которые не работают, сомнительно, что учатся, и в основном уклоняются от службы. Они выкачивают огромные суммы из карманов налогоплательщиков. Согласно исследованию Гилада Коэна Кобца из Израильского института демократии, разрыв между тем, что они дают государству, и тем, что получают, составляет 36 миллиардов шекелей. Пусть другие работают, а они будут только получать. В 70-е годы уклонистов было немногим более двух процентов, сейчас — около двадцати. На своих демонстрациях они несут плакаты: «Лучше умереть евреем, чем жить сионистом. Умрем, но не призовемся».

Дело в том, что национальному, патриотическому, сионистскому большинству надоело. Их это не интересует. Когда арестовывают единичных дезертиров из десятков тысяч, они реагируют диким насилием. Каждый час блокировки центральной магистрали обходится экономике в 140 миллионов шекелей. Ущерб накапливается, но их это не волнует. Они не работают сами и не дают работать другим. Им удается бить по государству, потому что их шантаж всегда встречает капитуляцию. Каждый пинок приносит им новую субсидию — сегодня это закон о выплатах на детские сады, завтра будет что-то еще. Еще несколько миллиардов. Это происходит потому, что они держат коалицию за самое чувствительное место.

Но нельзя говорить «паразиты». И «шантажисты» тоже нельзя. А когда мы это произносим, нам кричат: «Антисемиты!». Как раз наоборот. Антисемиты не хотели, чтобы евреи интегрировались. Мы, сионисты, как раз хотим их видеть рядом с нами: на курсе молодого бойца, в промышленности, в хайтеке, в исследованиях — везде, где станет лучше и им, и нам. Ведь речь не обо всех ультраортодоксах. Речь о тех, кто вопит «умрем, но не призовемся», подразумевая «умрите вы, а мы не призовемся» и «рухните вы, а мы не будем работать». Есть и другие — ультраортодоксы «ле-меадрин», которые доказывают, что можно иначе: книга и меч, Тора и труд.

В дополнение к этому полиция под руководством Итамара Бен-Гвира предоставляет им карт-бланш. Несколько дней назад было опубликовано видео, на котором полицейский умоляет одного из них освободить дорогу — он был готов расплакаться. Блокировщик знал, что ему ничего не будет. Он принадлежит к классу привилегированных. Точно так же, как хулиганы, которые грабят, топчут и убивают палестинцев. Это самые разрушительные для Израиля группы, получающие самое бережное отношение. Сколько задержанных на каждой брутальной демонстрации? Близко к нулю. И не говорите про протесты на перекрестке Каплан — там была жесткая рука и бесчисленное количество задержанных.

Иудаизм? Они издеваются над ним. В последние десятилетия ультраортодоксальные раввины захватили не только Главный раввинат, но и почти все должности городских раввинов. Главный результат — уклонение, радикализация и агрессия — это отвращение к иудаизму. Они не укрепляют еврейскую составляющую в государстве, напротив, они вызывают к ней неприязнь. Даже пары из религиозно-национального сектора иногда отказываются от свадьбы под эгидой раввината. Нам нужны сближающие раввины, но политика передала контроль тем, кто лишь отдаляет людей. Но мы их не интересуем — разве что когда речь заходит о государственном бюджете.

Самое глупое средство борьбы с уклонистами — арест одиночных дезертиров. Заранее известно, что каждый такой шаг наносит ущерб в миллионы из-за демонстраций и порчи имущества. Так ради чего? Ущерб в тысячу раз превышает пользу, которой попросту нет. Но вот новое указание юрисконсульта — усилить аресты. Хотя их все равно отпускают через несколько часов. Есть ли хоть один молодой ультраортодокс, который побежал в призывной пункт только потому, что его друга арестовали? Мы их только рассмешили. Единственный путь борьбы — экономический. Те, кто не участвуют в отдаче, не должны участвовать в получении. Вот так, просто.

Здесь происходит нечто интересное. Ультраортодоксы усиливают удары по государству именно тогда, когда они управляют самой покорной коалицией в истории страны. Почему именно сейчас? Потому что они учатся у других. Призыв в ЦАХАЛ должен быть закреплен в порядках управления и верховенстве закона. Но когда высокопоставленные лица из неультраортодоксального крыла коалиции во всеуслышание заявляют, что им плевать на закон, у них появляются наставники. Когда министр юстиции Ярив Левин заявляет, что не подчинится решению Верховного суда относительно созыва комиссии по назначению судей, почему они должны подчиняться? Другие намечают путь к анархии, а они по нему идут. И этот путь должен быть заблокирован.