Сказка о двух Беньяминах

Беньямины. Когда-то, согласно народной легенде, были два Беньямина, которые боролись за царство. Один, господин Нетаниягу и безопасность, породил катастрофу. Второй, господин Ганц и примирение, вел дела мирового масштаба с нигерийским принцем на коне. А затем снова — тот же нигериец, та же схема. И теперь Биби-ситтер и Бени-ситтер снова задаются вопросом: и на следующих выборах вы захотите, чтобы они присматривали за вашими детьми?

Marvel. В сети крутится — ну как крутится, скажем так — некий пропагандистский ролик о ребенке, который хочет спать, и маме, которая читает ему сказку под названием «Упрямые блоки», своего рода притчу об интригах наших дней. Однажды, продолжает мать, приходит кто-то смелый — и тут в бой бросают фигуру Бени Ганца — и приносит блок в форме синего Маген Давида, блок Израиля, блок центра, который ведет к переменам. В итоге ребенок в восторге. Переворачивается на бок. Улыбается. Нечего сказать, мама побаловала знатной историей. Да еще и с супергероем. В тысячу раз круче хромых персонажей Marvel. «Я хочу быть в блоке Израиля», — бормочет ребенок перед тем, как уснуть.

Вывод А: оставьте такие глупости, как депутаты Кнессета, с криками убегающие из «Кахоль-Лаван», и стремительно тонущий корабль. Есть вещи — а именно реальность — которые не рассказывают детям перед сном. Описание фантазии о супергерое сработает лучше.

Хишгад. Несколько предвыборных кампаний назад у Нетаниягу тоже был пропагандистский ролик, полный заботы о наших детях — «Биби-ситтер», только в стиле, близком его сердцу. Вы знаете: поляризация и запугивание. «Либо я буду присматривать за детьми, либо Ципи и Бужи», — угрожал он в ролике. Это было до того, как Биби-ситтер в версии текущего срока впустил в дом криминальный мир и нухбовцев, подсадил детей на лотерею «Хишгад», разжег костер в гостиной, вышел из дома, оставив дверь открытой, а затем вернулся, чтобы напомнить, как замечательно он присматривает за детишками. И посмотрите, какими красавцами они выросли. И какие щечки у них стали.

Оставив на мгновение в стороне тот факт, что с его стороны наглость вообще упоминать наших детей — даже задним числом — перехожу к выводу Б: когда-то Нетаниягу и Ганц противостояли друг другу лоб в лоб. Проверка временем показывает, что симпатия к нерадивому Биби-ситтеру, сеющему фобии, оказалась гораздо более живучей, а не к Бени-ситтеру, сеющему надежду. Даже если она в сказке на ночь.

Антропологический. Событие Ганца — скорее антропологическое, чем политическое. Не только из-за самой по себе интригующей персоны, но и из-за избирателей. Те, как показывают опросы, наказывают Ганца. Надежда Ганца воспринимается как угроза. Люди за километр чуют, как серийный спасатель готовится снова бежать под носилками, даже когда на горизонте нет раненого. Каким-то образом, несмотря на благие намерения, у него это обычно заканчивается тем, что раненых больше, чем спасенных.

Не факт, что его наказывают только за то, что он сидел с Нетаниягу. Ведь Гади Айзенкот, который взлетает в опросах, тоже сидел в том же правительстве после 7 октября. Его наказывают за его наивность. И не просто наказывают — стирают. Вывод В: ты можешь быть подлым, небрежным, лжецом, Итамаром Бен-Гвиром, кем угодно — тем, что имеется в избытке в нашем правительстве. За это не стирают. Но если ты наивен, в израильском обществе это непростительно.

Еще один момент: по идее, на идею, которую предлагает Ганц, должны быть покупатели. Я, например, покупаю. Ведь именно раздор внутри нас привел к пропасти. Ведь куда бы вы ни пошли за последние два с половиной года, вы слышали: «хватит поляризации» и «довольно ссор между нами». Людям надоело. Носители надежды, миротворцы — именно они должны быть новыми лидерами. Только вот Ганц выглядит как рыбак, пришедший к морю с теннисной ракеткой. Не в той профессии.

Вывод Г: надежда Ганца воспринимается как угроза. Люди за километр чуют, как серийный спасатель готовится снова бежать под носилками, даже когда на горизонте нет раненого. Каким-то образом, несмотря на благие намерения, у него это обычно заканчивается тем, что раненых больше, чем спасенных.