Смерть Линдси Грэма — радостная новость для врагов свободного мира

Даже если смерть Линдси Грэма не была насильственной — а на данный момент ни один официальный источник не дает оснований полагать иное, — очевидно, что его уход стал радостной новостью для деструктивных сил на мировой арене. Неслучайно иранские власти вчера праздновали известие о его кончине.

Вся общественная деятельность Грэма была посвящена борьбе с силами, сеющими зло и насилие. Именно это побуждало его противостоять Исламской Республике Иран и диктаторскому режиму Владимира Путина с решимостью, мудростью и упорством, которым не было равных.

В Сенате США немало политиков, поддерживающих Израиль, верящих в правоту американского пути и критически настроенных по отношению к Ирану и России. Однако лишь Грэм превратил эту пылкую веру в непрерывный жизненный путь, зачастую не приносивший ему никакой политической выгоды.

Благодаря этому он стал одним из самых влиятельных сенаторов, близких к Дональду Трампу. Даже политические оппоненты внимательно и с уважением прислушивались к его словам, понимая: он не играет в политику, а искренне стремится изменить реальность к лучшему.

Одной из поразительных черт бесед с Грэмом — как в его вашингтонском офисе, так и во время частых визитов в Израиль — было его острое как бритва понимание региональной специфики. Нам в Израиле часто кажется, что весь мир осознает происходящее у нас, но истина обратна: даже сторонники, не говоря уже о противниках, зачастую не способны уловить тонкости событий в Израиле и его окрестностях. Линдси же обладал проницательностью, впечатляющей сама по себе.

Эта преданность делу сделала его самым яростным критиком Ирана в Сенате и защитником еврейского государства, чье влияние было несопоставимо с коллегами. В последние три года, когда многие сторонники Израиля в Америке отдалились от нас под давлением радикальных течений, Линдси стоял твердо, как неприступная стена.

На трибуне Сената, в американских СМИ, в социальных сетях и в зарубежных поездках он неизменно выступал в нашу пользу. Ослабление имиджа Израиля в последние годы искренне огорчало его.

В последнем интервью, которое он дал «Исраэль ха-йом» менее года назад, Грэм не побоялся выступить против антиизраильских настроений в собственной партии. Вместо того чтобы молчать перед лицом враждебных голосов, он заявил:

«В Республиканской партии появилось движение, которого мы не видели раньше, — оно открыто враждебно к Израилю. Есть люди, утверждающие, что связь Америки с Израилем ослабляет нас и что у нас больше проблем, чем у них. Они ошибаются. У нас нет лучшего друга в мире, чем Израиль, как и у Израиля нет лучшего друга, чем Америка. Вы — остров демократии, окруженный множеством проблем. Мы не смогли бы заменить то, что вы делаете в регионе, даже если бы у нас были все деньги мира. Работа, которую «Моссад», «Шабак» и ЦАХАЛ делают вместе с нашим разведывательным сообществом и нашей армией, делает нас более безопасными.»

Где еще сегодня найти людей, готовых говорить столь прямо?

Единственный случай, когда он позволил себе завуалированную критику, был связан с решением Нетаниягу о прекращении американской помощи Израилю. Грэм увидел в этом шаг к отдалению Вашингтона и Иерусалима, и это его крайне разозлило.

Это не означает, что он был согласен со всем. Несмотря на тесные связи с Нетаниягу, Грэм за кулисами считал его политику в отношении арабов Иудеи, Самарии и Газы ошибочной. Даже после 7 октября он был убежден, что Израиль должен стремиться к созданию палестинского государства.

Однако, будучи ответственным и мудрым политиком, он понимал, что вынесение разногласий по этому вопросу на публику навредит Израилю, Америке и их двусторонним связям. Поэтому он предпочитал обсуждать эти темы вне микрофонов.

Внезапная смерть Грэма повергла меня и всех, кто его знал, в глубокое изумление. Не будет преувеличением сказать, что без него мир стал менее светлым местом.