Стены рушатся: истинный страх ультраортодоксальных лидеров

Вопрос о роспуске Кнессета, который будет утвержден на этой неделе, является второстепенным. Выборы в сентябре (месяц Элуль, время проведения множества молитвенных собраний) или в октябре (годовщина резни седьмого октября) определенно могут повлиять на мобилизацию избирателей, но это не является драматическим фактором. Ультраортодоксально-ашкеназская драма проистекает из иного источника — провала попытки принять закон о призыве.

Давление, исходящее от юридического советника правительства Гали Бахарав-Миары, крайне велико. Провал и нарушение обещаний со стороны Биньямина Нетаниягу? Возможно. Но ультраортодоксальный избиратель, который живет в потоке СМИ и социальных сетей, направит свои претензии не в адрес Нетаниягу, а в адрес своих представителей — хасидов и литваков. В своем гневе избиратель может рассмотреть возможность атаковать своих лидеров или просто не прийти на выборы. Однако истинный страх заключается в том, что ультраортодоксы из мейнстрима, а не только из современного ультраортодоксального течения, могут задуматься об альтернативе призыву. Выбор в пользу службы ослабит ультраортодоксальное «общество учащихся» и размоет границы анклава, окруженного угрожающей израильской действительностью.

В последнее время мы видели шаги хасидов и литваков, стремящихся любым способом заставить «Ликуд» и Нетаниягу взять на себя ответственность за нарушение обязательств, данных со дня формирования правительства. Сообщалось, что хасиды Гур пытаются вмешаться в праймериз в «Ликуде», и что высокопоставленный представитель хасидов Моти Бабчик записывает ультраортодоксов в «Ликуд» — публикация, которую он опроверг. Письмо раввина Ландау стало новой вехой в попытке переложить ответственность на премьер-министра.

Не случайно письмо раввина Ландау открывается фразой, адресованной ультраортодоксальным представителям: «Вы сделали больше, чем возможно». Это послание призвано разъяснить каждому потенциальному избирателю, что проблема не в ультраортодоксальном представительстве, которое сделало все возможное ради закона о призыве, а в том, что исключительным виновником является Нетаниягу. Даже после публикации письма депутаты Кнессета от «Дегель ха-Тора» придерживаются линии своего лидера: «Нам опостылели пустые действия... и по указанию марана, лидера поколения, мы действуем в направлении роспуска Кнессета».

Перед каждой избирательной кампанией в последнее десятилетие возникает вопрос о теории распада ультраортодоксального лагеря. С расширением сообщества современных ультраортодоксов всплывает вопрос: закончилось ли время ультраортодоксальных партий и ожидаем ли мы массового рассеивания голосов между общеизраильскими партиями? Стоит отметить, что теория распада до сих пор не выдерживала проверки реальностью, и во всех последних кампаниях ультраортодоксальные голоса «возвращались домой».

Однако все это было верно до резни седьмого октября и войны «Железные мечи». Ультраортодоксальная общественность, выбравшая интеграцию в израильское общество — будь то через призыв (резервистская, полная или частичная служба) или иные гражданские действия — удостоилась поддержки со стороны израильского общества. Боевые подразделения и проекты, в которых служат ультраортодоксы, получили сочувственное освещение в СМИ. И, возможно, ультраортодокс из мейнстрима теперь думает, что черт не так уж и страшен?

Различие в реакциях на нынешний кризис между «Яадут ха-Тора» и ШАС хорошо согласуется с внутренним социальным страхом из-за неудачи в достижении закона. Газета «Ха-Дерех» партии ШАС на следующий день после публикации письма раввина Ландау полностью проигнорировала кризис; голоса председателя ШАС и депутатов от движения не были слышны в СМИ. А на следующий день главным заголовком в «Ха-Дерех» было: «Большая боль и глубокое разочарование» — мы не видели ярости и уж точно не окончательного разрыва. Параллельно с заголовком, в качестве балансирующего фактора, была опубликована колонка пресс-секретаря ШАС, который заявил: «Но тот, кто полагает, что левое правительство даст нам все — живет в иллюзиях. Единственный общий знаменатель у тамошнего набора персонажей — ненависть к ультраортодоксам».

Этот диссонанс не редакционный, он идентичностный. Нет сомнений, что председатель ШАС Арье Дери руководил ультраортодоксальной деятельностью перед Нетаниягу в пользу закона о призыве, но он первый, кто хорошо помнит, сколько мандатов ШАС получает среди солдат ЦАХАЛ.

Раввин Шах в своей речи, известной как «речь о кроликах», сказал: «Маарах? Разве Маарах — это нечто святое? Они отрезали себя от всего нашего прошлого и ищут новую Тору. Если нет субботы и нет Судного дня, то в чем он еврей?». Раввин Шах установил правило, что ультраортодоксальные партии идут вместе с правыми из-за идентичности. И вот приходит раввин Ландау и одной фразой — «всякие разговоры о блоке больше не существуют» — противоречит установке раввина Шаха. Это еще один спор между великими мудрецами поколения, выражающий актуальное внимание к настроениям на местах; сомнительно, что мы видели подобное в прошлом.

Интересен вопрос, не нашелся ли в кабинете раввина Ландау среди присутствующих тот, кто спросил: друзья, каковы наши варианты? Из «Дегель ха-Тора» выходили брифинги о полной координации с ШАС. С другой стороны, Дери недавно сказал об Айзенкоте: «Ты идешь по пути Лапида и закончишь так же, как он». Так с кем именно ультраортодоксальный блок будет сотрудничать?

Отсутствие у ультраортодоксов-ашкеназов способности реально действовать в качестве «чаши весов» подчеркивает, что истинное беспокойство вызвано внутренним социальным кризисом, гораздо больше, чем нарушением политического обещания и его последствиями.