Супер-Троппер: каких людей мы хотим видеть в Кнессете?
После того как последний из верных сторонников Бени Ганца покинул тонущий корабль, возникает вопрос: действительно ли у Хили Троппера есть те качества, которых так не хватает остальным политикам? И стоит ли нам искать «мерзавцев» в качестве лидеров, или же обществу нужны другие ориентиры?
Знакомы ли вы с «дилеммой мерзавца»? В наши дни, когда гендерные границы стираются, она становится универсальной проблемой, но всё же чаще встречается среди женщин: склонность влюбляться в мерзавцев.
Минутка эволюции: у этой склонности есть биологические корни, которые заставляют нас подсознательно выбирать партнера, чьи качества обеспечат потомству наилучшие шансы на выживание. Если перенести этот набор характеристик из первобытных времен в современность, мы обнаружим, что успех и властность порой перевешивают доброту и щедрость. Иными словами — перед нами «мерзавец».
Речь идет не о сумасшедшем, а скорее о хитреце — человеке, который провалил бы любой социометрический тест на эмпатию, но обладает острым умом и умением использовать любые возможности. В чем же дилемма? Если такой человек лоялен к узкому кругу или своей семье, он может стать идеальным партнером для достижения успеха. Но если он начнет применять свои методы к близким, мы рискуем оказаться в ловушке.
Эту дилемму можно перенести на национальный уровень: что для нас предпочтительнее? Честный лидер, который говорит правду и служит моральным ориентиром? Или тот, кто постоянно лжет и обводит всех вокруг пальца, надеясь, что его «навыки» помогут вести Израиль вперед?
Нетаниягу в конфликте интересов
Пока успех лидера совпадает с успехом государства, ситуация «win-win» вполне возможна. Многие полагают, что Биньямин Нетаниягу до начала своего судебного процесса был именно таким политиком: он ссорил противников и вводил в заблуждение партнеров, но при этом умел действовать в интересах Израиля.
По их логике, легко указать точку, в которой Нетаниягу превратился из талантливого политика в токсичного лидера: момент, когда возник конфликт интересов между ним и государственными институтами — судебной системой, резиденцией президента, системой безопасности и академическими кругами. Все, кто мешал его правлению, немедленно клеймились как «левые».
Парадоксально, но те же качества, которые отталкивали многих от окружения Нетаниягу, превратили Бени Ганца — еще недавно ведущего кандидата на пост премьера — в непроходного политика. Ганца «обвиняют» в том, что он недостаточно подозрителен, не умеет лгать и хитрить. Человек, которого любили за то, что он «не Нетаниягу», стал посмешищем, потому что он не «немного как Нетаниягу». И если таков случай Ганца, что сказать о Хили Троппере?
Троппер оставался верным сторонником Ганца оба раза, когда тот входил в правительство Нетаниягу: сначала во время пандемии, а затем после атаки 7 октября, когда он сел за один стол с Итамаром Бен-Гвиром. Если кто-то считает, что Ганц заслуживает признания за попытки спасти ситуацию в национальных интересах, то это признание заслуживает и Троппер. Странно, что «черные пятна» карьеры Ганца не коснулись Троппера, который был полноправным участником этих событий.
Праведник или оппортунист?
Почему столь многим удобно презирать Ганца, но хочется поддержать Троппера? Возможно, потому что Троппер никому не угрожает. Он не претендовал на лидерство, его речь мягка, а облик вызывает доверие. Кроме того, он совершил альтруистичный поступок, пожертвовав почку незнакомцу. Это действительно вызывает уважение.
Но даже после всех красивых слов мы остаемся подозрительными — и это естественно после десятилетий знакомства с политической системой. Нет ли здесь замаскированного оппортунизма? Человек приклеился к главе партии и стал депутатом, ни разу не пройдя через реальные выборы, кроме партийных.
Впрочем, в реальности, где каждый голос в Кнессете имеет высокую цену, Троппер, будь он оппортунистом, мог бы неоднократно повысить свой статус. Несмотря на это, он оставался с Ганцем даже тогда, когда тот подвергался потокам насмешек.
В хорошей компании
Что сломило Троппера? По словам Дафны Лиэль, это было нарушенное обещание Ганца объединиться с другой партией, если рейтинги не вырастут. Троппер утверждает, что ни с кем не договаривался о переходе, и в это хочется верить — хотя бы потому, что его репутация безупречна.
В любом случае, каждый израильтянин должен надеяться, что мы увидим больше таких «Тропперов» в общественной жизни. Возможно, на пост премьер-министра мы в итоге выберем кого-то, кто умеет быть «мерзавцем» в меру, но окружающие его люди будут чуть менее злобными, менее лживыми и менее оппортунистичными. Короче говоря: нам нужно чуть больше Хили Троппера — даже если они предпочтут оставить обе почки себе.
