Тот, кто шокирован поддержкой раввина Зербиба, рискует проиграть выборы
В то время как в СМИ поспешили осудить решение о том, что раввин Авраам Зербиб зажжет факел, в религиозно-национальной среде его воспринимают как символ — резервиста, человека Торы и бойца. Предстоящие выборы будут решены в битве за пять мандатов правого лагеря, и тот, кто не понимает идентичность носителей «вязанных кип», рискует их потерять.
Выбор раввина Авраама Зербиба для зажжения факела на церемонии ко Дню независимости вызвал настоящую бурю. Депутаты Кнессета назвали это позором, многие заявили, что выключат телевизор, Амнон Абрамович окрестил его «трактористом», и даже на «Галей ЦАХАЛ» сообщили, что в ЦАХАЛе открещиваются от этого выбора.
Можно понять подобное сопротивление. Через призму «просвещенности» трудно автоматически поддержать человека, который призывал «сровнять Газу с землей», основывать поселения внутри сектора, учредил суд в Хан-Юнисе и к чьему имени приклеилось прозвище «зазербибить Газу».
Однако тот, кто смотрит через эти очки, не видит главного. Он не замечает целую общественность, которая живет и дышит войной. Не как заголовком в новостях, а как повседневной реальностью. Это не только жгучая память об убийствах, изнасилованиях и резне 7 октября — религиозно-национальный сектор живет войной изо дня в день, час за часом.
Нет ни одного носителя «вязанной кипы», который не знал бы павшего. Будь то член семьи, друг по иешиве, сосед, знакомый по синагоге или кто-то, кто знает кого-то. Так это работает, своего рода «закон сообщающихся религиозных сосудов». Нет ни одного носителя «вязанной кипы», который не был бы на похоронах за последние три года. Тот, кто заходит в синагогу и видит 80 женщин и 20 мужчин, потому что остальные на резервистской службе, понимает это мгновенно.
Носители «вязанных кип» живут этим постоянно: субботы без отца дома, сцена, где отец кладет руку на голову сына и благословляет его перед возвращением в армию, мощное пение «Стражей поставь над городом Твоим» в синагоге для резервистов. Это реальность. Каждый день, все время.
Раввин Зербиб — это не «буря», это символ. Презрение к этому выбору вообще не доходит до ушей этой общественности. Тот, кто насмехается над этим — оторван от реальности. Тот, кто принижает это — упускает суть.
Предстоящие выборы не будут решены в Твиттере или на панельных дискуссиях. Они будут решены в битве за пять мандатов правого лагеря, которые могут перейти из правого блока к Беннету, Либерману или Айзенкоту. И внутри этой группы есть массы носителей «вязанных кип».
Неважно, сколько колонок будет написано в «Гаарец», неважно, сколько осуждений будет опубликовано в соцсетях, сколько угроз выключить телевизор прозвучит и о скольких «открещиваниях» сообщат — раввин Зербиб воспринимается как резервист, человек Торы, боец «Гивати» в возрасте отца, а то и деда, как образцовая фигура.
Тот, кто не понимает этого, кто отказывается видеть это чувство, эту идентичность, это ощущение принадлежности — потеряет эти пять мандатов и может проиграть предстоящие выборы.
