«Тот, у кого есть "зачем", ради которого он живет, сможет вынести почти любое "как"»

В первом эпизоде подкаста Re:Israel, совместного проекта Университета Райхмана и издания «Калькалист», принял участие выживший в плену Эли Шараби. Он представил свой взгляд на поиск решений тяжелого кризиса доверия, охватившего израильское общество. Ведущий, декан школы предпринимательства им. Адельсона, доктор Йоси Маарави, привел тревожные данные миграционного кризиса: около 20 тысяч граждан покинули страну в 2024 году, и около 30 тысяч — в 2025-м.

Шараби диагностировал, что в основе отъезда лежит ощущение ушедшей из-под ног почвы: «Граждане Израиля чувствуют потерю личной безопасности, руководство воспринимается как не функционирующее в соответствии с правильными ценностями, и люди переживают кризис в отношениях с государством».

Тем не менее, Шараби предлагает оптимистичный взгляд. По его утверждению, речь идет о «сиюминутной» проблеме в исторической перспективе. Он объяснил это двумя факторами: стабилизацией жизни в Израиле после 7 октября и тем, что в еврейских общинах мира личная безопасность также пошатнулась из-за волн антисемитизма. Это заставляет многих осознать, что именно Израиль является самым безопасным домом, несмотря на все трудности.

Смысл как национальный якорь

В отличие от статистических анализов, Шараби указывает именно на «смысл» как на центральный инструмент восстановления. Он процитировал фразу, которая сопровождала его в туннелях Хамас (из уст покойного Херша Гольдберга-Полина, который цитировал Виктора Франкла и Ницше):

«Тот, у кого есть "зачем", ради которого он живет, сможет вынести почти любое "как".»

По словам Шараби, израильтяне, которые ищут свой путь сегодня, стремятся не только к материальной выгоде, но и к новому смыслу, который заменит разрушенную рутину. «Смысл проходит красной нитью через всех — это деятельность, связанная с общиной и обществом. Люди понимают, что здесь идет война за выживание и нужно строить государство заново».

От делового предпринимательства к «предпринимательству сердца»

Шараби подчеркивает, что решение придет не только от государства, но и, возможно, в основном от делового сектора и гражданского общества. Он привел в пример таких деятелей, как Харель Визель (проект «Гдолим бе-мадим») и Ади Альтшулер (основательница «Зикарон ба-салон» и «Кнафаим шель Крембо»), как образцы для подражания, сочетающие деловой успех с глубоким социальным смыслом. Сам он реализует это понимание в личном проекте по увековечиванию памяти: создании «Центра Шалвы Шараби» в марине в Ашкелоне, который будет помогать детям с особыми потребностями и пострадавшим от ПТСР, продолжая путь его жены Лиан и дочери Нои, благословенна их память.

Право выбора и благодарность за основы

Несмотря на личную трагедию, Шараби вернулся спустя 491 день в плену Хамас в страну, которую он определяет как «лучшую», чем та, которую он покинул 7 октября. Страну, в которой, по его словам, народ един и поддерживает друг друга, вопреки пессимистичным голосам в СМИ. Его финальное послание — о силе, заложенной в основе его личного восприятия:

«На глубине 50 метров под землей все очищается. Тебя не интересует дом или машина, тебя интересует только обнять семью, посмеяться с друзьями и сходить на море. Мое послание заключается в том, что в конце концов у нас всегда есть право выбора — как думать и как реагировать — и жить в великой благодарности за самые базовые вещи.»