Все говорят о партнерстве — но что происходит в момент истины? | Д-р Моше Элад

«Аль-яд аль-вахида ла тусаффик» — одна рука не хлопает. Эта древняя арабская пословица точно отражает одну из центральных дилемм в Израиле: все говорят о совместной жизни, равенстве и интеграции арабского общества, но в момент истинного испытания — выборов и их результатов — партнерство все еще остается ограниченным.

Израиль уже знал подобные попытки. Генерал-майор (в отставке) Мати Пелед, представитель израильской элиты безопасности, сидел в Кнессете рядом с Мухаммадом Миари, арабско-палестинским лидером. Они доказали, что можно поддерживать сотрудничество между лидерами двух народов, но не смогли превратить это в значительную электоральную силу. Сейчас вопрос возвращается в лице Йоава Сегаловича, высокопоставленного офицера полиции и представителя силового истеблишмента, и Мансура Аббаса, лидера партии РААМ, имеющего исламские корни: удастся ли им превратить еврейско-арабское партнерство из исключительной идеи в влиятельную политическую реальность?

Идея еврейско-арабского партнерства зародилась еще в период британского мандата. «Брит Шалом», основанная в 1925 году, и последовавшее за ней движение «Ихуд» стремились продвигать двунациональную структуру, основанную на равенстве. Параллельно Коммунистическая партия Палестины действовала как совместная еврейско-арабская структура. И после создания государства эта идея не исчезла. МАКИ, РАКАХ, а затем ХАДАШ годами сохраняли еврейско-арабское партнерство, а в 70-х годах действовала также партия ШЕЛИ, продвигавшая гражданское равенство и политическое решение.

В 11-м Кнессете действовал «Прогрессивный список за мир» Пеледа и Миари. Однако на выборах 1984 года список получил всего два мандата, а в 1988 году опустился до одного. Урок был ясен: легче построить доверие между лидерами, чем между их электоратом.

В 90-е годы правительство Ицхака Рабина опиралось на поддержку арабских партий извне. Это вызвало резкое сопротивление среди части еврейской общественности. В 2021 году наступил следующий этап, когда РААМ во главе с Мансуром Аббасом вошла в коалицию в правительстве Беннета-Лапида. Психологический барьер был сломлен: арабская партия может быть партнером во власти.

Здесь и сейчас вступает Сегалович. На этот раз отправной точкой является не вопрос мира, а вопрос самой жизни: как бороться с преступностью, укреплять управление и улучшать безопасность всех граждан. Возможно, бэкграунд Сегаловича позволит части еврейской общественности увидеть в таком партнерстве практический шаг, а не идеологическую уступку. С другой стороны, Аббасу придется убедить арабскую общественность в том, что партнерство с представителями израильского истеблишмента — это эффективный способ влияния.

Если партнерство будет заниматься только символизмом, его шансы на успех будут ограничены. Однако если оно предложит решения в таких областях, как личная безопасность, стоимость жизни, образование, здравоохранение, жилье и занятость — возможно, ему удастся достичь того, чего не достигли его предшественники. Вопрос не в том, будут ли две руки хлопать, а в том, будет ли израильское общество готово прислушаться к звуку.