Цепочка ликвидаций — это дерзко, но не меняет правила игры

Цепочка точечных предотвращений — или, если называть вещи своими именами, ликвидаций — которые Израилю удалось осуществить в иранской верхушке, вызывает изумление и даже восхищение. Несмотря на то, что Иран и Израиль находятся в состоянии войны уже почти три недели, и иранцы осознают, что их руководство стало ходячей мишенью, принимая при этом многочисленные меры предосторожности, ЦАХАЛ, АМАН, «Моссад» и ВВС раз за разом умудряются поражать высокопоставленных лиц.

Последний пример, после ликвидации Али Лариджани, — удар по фигуре не менее значимой, чем министр разведки Исмаил Хатиб, считавшийся одним из самых приближенных лиц к Моджтабе Хаменеи, верховному лидеру Ирана после гибели его отца. Трудно даже представить масштаб операций, которые спецслужбы проводили в последние годы, чтобы в Израиль поступали столь точные разведданные в критическое время, пока противник находится в бегах. Эти действия требуют огромных ресурсов, мужества и лидерства. Они расшатывают врага, заставляя его думать об обороне и личном выживании, а не о нападении на израильские или американские цели.

Однако ликвидации, при всех их преимуществах, не способны изменить облик кампании против Ирана. Возможно, потому что речь идет об огромной стране с упорядоченным процессом преемственности, заранее подготовившейся к сценарию войны, в которой пострадает ее руководство. Режим, опирающийся на сотни тысяч (если не миллионы) людей, чье благосостояние зависит от него, не спешит сдаваться из-за устранения своих лидеров. Существует ли точка, в которой количество и качество ликвидаций приведут к краху режима или его капитуляции? Трудно сказать. Пока нет никаких признаков драматического ослабления власти. Возможно, это произойдет в будущем, но в отсутствие массовых протестов целью Израиля должно стать нанесение максимально тяжелого удара по возможности того, что один из преемников захочет возобновить ядерный проект и систему производства ракет. В конечном итоге найдется такой преемник, до которого Израиль не доберется, и поэтому лишение противника этих возможностей должно стоять во главе приоритетов.

Здесь вновь обостряется главный вопрос войны: является ли целью Израиля свержение режима? В этом вопросе, как признавал даже Нетаниягу, возможности Израиля ограничены. Похоже, реальная задача — лишение баллистических и ядерных мощностей, и пока Израиль действует весьма впечатляюще. Вопрос в том, что произойдет на следующий день после войны. Если производство баллистических ракет возобновится, а обогащенный до 60 процентов уран останется в иранских руках, то даже ликвидация того или иного высокопоставленного лица не улучшит реальность.

Точечные ликвидации приносят удовлетворение израильской общественности и СМИ. Проблема в том, что, как это случилось с ХАМАС в Газе и «Хезболлой» в Ливане, ликвидации не привели к реальному изменению политической реальности. Даже после устранения Мухаммада Дейфа, Яхьи Синвара, Исмаила Хании и многих других, ХАМАС продолжает закрепляться в секторе и пытается усовершенствовать свои ракеты. Также и «Хезболла»: хотя она ослабла после гибели Хасана Насраллы, новый генсек Наим Касем оказывается не менее радикальным и умудряется стабилизировать организацию для продолжения боевых действий.

«Хезболла» сохранила ограниченные военные возможности, и большое количество пусков ракет малой дальности в координации с иранскими ударами свидетельствует о том, что часть потенциала уцелела. Более того, те, кто знаком с настроениями боевиков «Хезболлы» и ливанских политиков, отмечают, что они не только сохраняют высокий моральный дух, но и уверены в своей способности изменить уравнение — заставить Израиль отступить с территорий Ливана и позволить организации снова развернуться к югу от реки Литани. Это выглядит как принятие желаемого за действительное, но решимость боевиков в очередной раз напоминает нам о радикализме и слепоте «Хезболлы».