«Убийца» с Уолл-стрит меняет стратегию: от шортов к активизму в Южной Корее

У Фахми Кадир была карьера, которой позавидовал бы любой продавец шорта: послужной список из обрушенных компаний, таких как финтех-гигант Wirecard, внушающее трепет прозвище «Убийца» и два документальных фильма Netflix, посвященных ее работе по разоблачению корпоративного мошенничества. Теперь она оставляет это позади. После десятилетия работы над снижением цен на акции Кадир решила сменить вектор: помогать толкать их вверх. В новой главе своей карьеры она нацелилась на Южную Корею в поисках недооцененных активов на одном из самых динамичных рынков мира.

Из своей базы в Лондоне она просыпается в 2 часа ночи, чтобы общаться с местными жителями и анализировать данные в поисках компаний, готовых к переменам. Этим летом она совершит свой дебют в качестве инвестора-активиста. Это резкий поворот для 35-летней американки, которая годами занимала уникальную позицию на Уолл-стрит: управляла хедж-фондом, делавшим ставки исключительно против акций. Ее фонд Safkhet не использовал хеджирующие сделки или длинные позиции, фокусируясь лишь на компаниях, которые она считала хищническими или мошенническими. Это была стратегия с высоким риском, которая поначалу приносила прибыль, но «бычий» рынок в итоге оказался сильнее.

С момента основания Safkhet в 2018 году индекс S&P 500 почти утроил свою стоимость, и Кадир пришлось сокращать убытки после ставок, которые не оправдались. «Я чувствовала себя как хомяк в колесе, — призналась она. — Неважно, насколько хорошими были идеи, было слишком трудно выбраться из ямы». В прошлом году она закрыла фонд, присоединившись к другим известным шортистам, таким как Джим Чанос и Нейт Андерсон из Hindenburg Research, которые также отступили от этой сферы.

Тем не менее она полна решимости использовать накопленные навыки. Несмотря на рост акций чипмейкеров, более двух третей компаний в индексе Kospi по-прежнему торгуются ниже своей балансовой стоимости. Кадир поняла, что навыки судебно-бухгалтерской экспертизы можно применять для борьбы за изменения изнутри. Это будет непросто: Корея считается враждебной средой для активистов из-за влияния крупных семейных корпораций — чеболей. Даже Elliott Investment Management потерпело там поражение в 2015 году, пытаясь остановить слияние внутри группы Samsung.

Кадир не привыкать к борьбе. Ее ставка против Valeant Pharmaceuticals стала символом протеста против завышения цен на лекарства, а успех с Wirecard принес фонду десятки миллионов долларов. Она описывает нынешний период как «эпоху мошенничества», но признает: если цены не движутся в нужном направлении, нужно искать новые пути. «Вся моя карьера была сосредоточена на выявлении компаний, которые терпят неудачу из-за плохого управления, — говорит она. — Но что, если эти проблемы можно исправить?»

Крупные победы и новые вызовы

Кадир никогда не планировала управлять хедж-фондом. Дочь иммигрантов из Бангладеш, выросшая на Лонг-Айленде, она любила математику и видела себя в науке. Однако год перерыва между колледжем Харви Мад и докторантурой привел ее в консалтинг, где она строила модель прогнозирования дефицита лекарств для фармацевтической компании. По ее словам, компания использовала эту модель для повышения цен. «Я всегда была цинична по отношению к корпорациям, но здесь это было брошено мне в лицо», — вспоминает она.

В 2015 году она предложила шорт-позицию против Valeant, чья бизнес-модель, основанная на привлечении долга для скупки компаний и последующем завышении цен на лекарства, казалась ей неустойчивой. Идея сработала: после внимания со стороны Хиллари Клинтон и обвинений в фиктивных счетах акции рухнули. В 2017 году она начала привлекать средства для Safkhet. Несмотря на изнурительный процесс, ей удалось собрать 6 миллионов долларов, значительную часть которых она поставила против Wirecard. На пике под управлением Safkhet находилось 85 миллионов долларов.

Эти ставки приносили моральное удовлетворение, когда она слышала истории людей, пострадавших от действий этих корпораций. Но цена была высока. В начале 2020 года, вскоре после передачи доказательств против Wirecard в ФБР, на нее напали на Манхэттене. «Она получила жестокие удары, лично и профессионально, но продолжает возвращаться за добавкой», — говорит Марк Коходс, ее наставник, давший ей прозвище «Убийца».

С тех пор вызовы для шортистов только множились. Безумие вокруг GameStop и расследования регуляторов против продавцов шорта сделали этот бизнес менее привлекательным для инвесторов. Кадир признает, что ей становилось все труднее оставаться на плаву.

«Я не хочу, чтобы меня загоняли в рамки»

Кадир планирует хеджировать свое новое предприятие, Safkhet Sentinel, с помощью широкой корзины позиций. Она нанимает местную команду в Сеуле и планирует часто посещать страну. С точки зрения Кадир, сейчас идеальное время: правительство запустило программу борьбы с «корейским дисконтом», предлагая налоговые льготы компаниям, которые вознаграждают акционеров дивидендами.

Ее первыми целями станут малые и средние компании. Она намерена продвигать независимость членов совета директоров и поощрять обратный выкуп акций. «Я не прихожу с фиксированным меню», — говорит она. Прежде всего, Кадир хочет избежать имиджа враждебного элемента. «Я не хочу, чтобы меня знали только как девушку, которая обрушила Valeant или Wirecard, — заявляет она. — Я не хочу, чтобы меня загоняли в рамки «Убийцы»».