Удар по «Хезболле» и новая политическая реальность в Ливане

Впервые за многие десятилетия в Бейруте заседает правительство с антииранскими настроениями, в котором нет представителей «Хезболлы», что стало результатом глубинных процессов, происходящих в стране. Президент Джозеф Аун и премьер-министр Нуаф Салам являются одними из самых прагматичных и умеренных фигур в многоликом, многоконфессиональном и расколотом ливанском обществе. Это страстная борьба между сторонниками старого порядка, прежде всего шиитами, близкими к «Хезболле», которые заинтересованы в сохранении своей близости к центрам силы, и сторонниками необходимости фундаментальных перемен, которые позволят улучшить качество жизни, отойти от пути террора и обеспечить рост местной экономики.

На фоне искры оптимизма кровавая история в Стране кедров снова возвращается в исходную точку: в клубок сложностей ливанской идентичности теперь добавлена еще одна переменная, которая идет ей не на пользу. Заинтересованность «Хезболлы» в возвращении долга чести своим покровителям в Тегеране в их трудный час, желание сохранить имидж «защитника Ливана» среди своих сторонников и стремление генерального секретаря террористической организации Наима Касема продемонстрировать значимость в эпоху после Насраллы — все это подтолкнуло организацию к началу ограниченной, по ее мнению, кампании против израильского тыла.

Действительно, слухи о смерти «Хезболлы» были преждевременными, как и международные ожидания последних месяцев относительно того, что прагматичное правительство Ливана сумеет ограничить свободу действий террористической организации, которая вновь укрепляет свое присутствие в Южном Ливане. Отсутствие способности обеспечивать общественный порядок перекладывает вопрос о «государственной ответственности», которую несет государство Ливан за происходящее на его территории, на Израиль, по населенным пунктам которого «Хезболла» ведет огонь. И то, и другое ускоряет легитимацию применения значительной силы в этом секторе, что, помимо поражения военных целей, может потребовать опоры на два центральных столпа, которые не требовались в прошлом.

Первый — ограниченное поражение национальных инфраструктур с целью усиления давления на «Хезболлу». Согласно критериям законов войны, государство Ливан несет ответственность за происходящее на его территории. Хотя вопрос законности атак на гражданскую инфраструктуру сложен, в общих чертах можно утверждать, что пока «Хезболла» пользуется гражданской инфраструктурой государства (такой как электростанции, заводы и мосты), юридическая база для подобных действий существует.

Вторая альтернатива заключается в возможности создания «зоны безопасности» в Южном Ливане, которая позволит удерживать линию хребтов, господствующих над Галилеей, и предотвратит огневой контроль над поселениями Севера. Это место, где «Хезболла» страдает от ослабления своего иранского покровителя, краха режима Асада, ликвидации своих командиров и растущего местного давления, направленного на ее ослабление — все это готовит почву для детального обсуждения вопроса о военных средствах, которые следует задействовать в кампании.

В тумане войны впервые открывается уникальная политическая возможность, корни которой лежат в тектонических изменениях в Бейруте. Протянутая рука правительства Салама для непрямого диалога под международным покровительством — это не только акт выживания, но и приглашение к формированию новой архитектуры безопасности. Больше никакого «затишья в обмен на затишье» с террористической организацией, а использование мощи ЦАХАЛ и государственной ответственности Ливана для создания эффективных механизмов контроля и разоружения «Хезболлы».

Эта реальность обязывает Израиль отказаться от шаблонов прошлого и действовать с помощью усовершенствованного «инструментария»: больше никакого «затишья в обмен на затишье» с террористической организацией, а использование мощи ЦАХАЛ и государственной ответственности Ливана для создания эффективных механизмов контроля и разоружения «Хезболлы». Ливанское правительство без иранского вето — это хрупкий, но жизненно важный партнер, позволяющий превратить военное достижение в прорывной политический акт — от модернизации резолюции 1701 до разведывательно-экономического сотрудничества. Правительство Израиля должно признать, что победа на поле боя является условием, но политическая смелость в отношениях с Бейрутом и его умеренными партнерами в регионе может создать стратегический поворот, необходимый для обеспечения безопасности нашей северной границы на годы вперед.