Палестинское государство на подходе

У меня есть дурная привычка: я люблю читать тексты в оригинале, а не полагаться на сообщения или аналитику в СМИ. Когда обращаешься к первоисточнику, обнаруживаешь вещи, которые не были провозглашены с фанфарами, но помогают понять ситуацию в истинном свете. План соглашения по сектору Газа, опубликованный Советом мира, — прекрасный тому пример.

Заявление президента США говорило об историческом шаге по ликвидации ХАМАС и обеспечению безопасности Израиля. Сами же пункты, напротив, выявляют мины, с которыми мы столкнемся в ближайшее время, и суть, которая в худшем случае идет на пользу ХАМАС. Иллюстрацией такой мины является «комитет по проверке». Это новый орган, состав и методы работы которого неясны, но именно он будет решать, какая из сторон задерживает этапы плана. Даже если ни одна из сторон не намерена реализовывать соглашение, перед нами институт, который определит виновного. Его решение критически важно для качества наших отношений с Америкой, которая делает ставку на этот план в преддверии промежуточных выборов в ноябре. Присутствие Катара или Турции в этом механизме весьма вероятно, а значит, мы находимся в заведомо невыгодном положении.

Но главная проблема плана касается не точечных мин, а самой сути — создания фундамента для враждебного палестинского государства. Можно поддерживать или не поддерживать идею палестинского государства, но нельзя согласиться с созданием сущности, которая по умолчанию будет представлять угрозу безопасности. И при чтении плана кажется, что все компоненты уже там. Основная причина этого — способность ХАМАС интегрироваться в органы власти, которые будут действовать под эгидой «Национального совета по управлению Газой» или «правительства технократов».

В опубликованном плане написано, что ХАМАС не будет принимать в нем участия, но в тексте нет механизма, который действительно предотвратил бы это. Например, указано, что каждый кандидат на службу в новой «палестинской полиции» пройдет «тщательный процесс отбора», но критерии этого процесса не представлены. Изучение высказываний тех самых «технократов» показывает, что этот отбор вряд ли будет напоминать серьезный экзамен. Более того, план заявляет, что кандидат, не прошедший отбор в полицию, «получит гражданскую должность или выйдет на пенсию в соответствии с палестинским законодательством». Так каждый хамасовец окажется максимум полицейским, а минимум — чиновником.

Еще один пример: согласно плану, «тяжелое» палестинское оружие будет передано только «правительству технократов». Личное оружие будет разрешено согласно «палестинскому закону». Что это за закон и как предотвратить ситуацию, при которой хамасовец, не ставший полицейским, не возьмет в руки автомат Калашникова? У «технократов» есть ответы. Как такой шаг, при котором оружие продолжит циркулировать в секторе, согласуется с процессами демилитаризации? Неясно. Механизмы дерадикализации вообще не упоминаются.

В исторической перспективе это означает, что видение палестинского государства обретает плоть и кровь при международной поддержке. Тот, кто будет держать штурвал формирующегося государства, не является «любителем Сиона». Способность исключить ХАМАС из систем власти слаба, а об отмене палестинской системы подстрекательства не может быть и речи. У нынешнего шага, возможно, есть благие намерения, но он полон лазеек. Почти три года спустя после теракта 7 октября был заложен краеугольный камень для создания враждебного государства в Газе.