В конечном итоге Дональд Трамп не моргнул первым

Президент Дональд Трамп не намерен отступать. Вопреки прогнозам скептиков, речь идет не о «непредсказуемом» политике, а о мастере стратегии, который дестабилизирует противников и последовательно движется к своим целям. Дональд Трамп окружает врагов иллюзиями, демонстрирует сарказм и презрение, чтобы посеять тревогу, и использует социальные сети для получения психологического преимущества с помощью резких, а зачастую и эпатажных заявлений. Несмотря на их необычность, это не причуды, а расчетливая тактика. С момента предъявления ультиматама верховному лидеру Ирана в начале своего второго срока Дональд Трамп не изменил своей решимости достичь поставленных целей посредством сочетания военной силы и жесткой дипломатии.

В нынешней кампании Дональд Трамп ясно дал понять, что не намерен погружаться во внутрииранские дела. Он дистанцировался от идеи поддержки сына шаха Резы Пехлеви, отметив: «Он кажется мне приятным парнем, но кто-то, кто сейчас находится внутри Ирана, больше подходит на роль следующего лидера». На протяжении войны он намекал на контакты с фигурами из нынешнего режима: «У меня есть очень хорошее представление о том, кто может быть следующим лидером, но я не могу сказать кто». Также Дональд Трамп обозначил график операции еще на второй день: «От четырех до пяти недель, если возникнет необходимость». Его главное послание однозначно: если Иран не подчинится, он не намерен прекращать военную операцию в одностороннем порядке: «Мы дадим на это пять дней, и если это не сработает, мы разнесем их в пух и прах».

Однако война не ведется в одностороннем порядке. Возникает вопрос: может ли Иран согласиться на минимальные условия президента США? Чтобы добиться прекращения ударов, Иран будет вынужден принять диктат, который десятилетиями отвергал. Выгодой станет выживание режима и снятие санкций, препятствующих преодолению экономических трудностей, связанных с вывозом обогащенного урана, который сейчас либо захоронен, либо находится на поврежденных ядерных объектах. Соглашение 2015 года, инициированное президентом Обамой, показывает, что это не является непреодолимым препятствием: тогда Иран согласился отказаться от запасов урана, обогащенного до среднего уровня, и проглотить эту «горькую пилюлю», понимая временный характер уступок.

Тем не менее, требования Дональда Трампа сейчас гораздо масштабнее. Стив Уиткофф ясно дал понять министру иностранных дел Аракчи, что новое соглашение не будет ограничено по времени и Иран больше не сможет сохранять индустрию обогащения урана. Американцы предложили заманчивые альтернативы, но они были отвергнуты, так как не отвечали иранской потребности сохранить способность прорыва к ядерному оружию. На данный момент в иранском руководстве не прослеживается признаков здравомыслия, и прорыва в переговорах не ожидается. Это еще до обсуждения других критических условий, выдвинутых Дональдом Трампом: прекращение производства баллистических ракет, отказ от поддержки террористических организаций и безоговорочное открытие Ормузского пролива.

Для режима, утверждающего, что у него нет намерений создавать ядерное оружие, это цена, которую легко переварить, но для фанатичной группировки, не отказавшейся от стремления уничтожить Израиль, она невыносимо тяжела. Покорит ли эта банда в ближайшие дни самую сильную державу в мире и заставит ли ее закончить войну, не достигнув целей? Как человек, имевший возможность близко познакомиться с приверженностью Дональда Трампа обеспечению лидерства США как главы свободного мира, который не пресмыкается перед злом, я возвращаюсь к началу: он не намерен моргать.