В осуждение сторонников палачей
В среде радикальных левых, когда установлено, что одна группа является «угнетенной», а вторая — «угнетателем», сами действия уже не имеют значения, и изнасилование женщин становится «освобождением». То, что было в Иране в 1978 году, может повториться у нас.
Когда французский философ Мишель Фуко стоял в Тегеране в 1978 году, он видел перед собой не всплеск темного религиозного фанатизма, а наоборот — огромную человеческую реку, вырывающуюся из своего угнетающего египетского плена. В своих трудах он описывал революцию как духовный опыт прорыва души в политику. Для него аятолла Хомейни был подобен Моше Рабейну — святой фигуре, олицетворяющей тотальное сопротивление иранскому «фараону». В виселицах, ожидавших гомосексуалов, женщин и интеллектуалов, он видел легитимные инструменты демонтажа «дома господина».
Фуко был настолько порабощен своей теорией о «властных отношениях», что даже когда его личных друзей начали вешать на кранах, он оставался при своем: Запад — это зло, и все, что борется с ним, оправдано. Его концепция стала государственной религией в блоке, именуемом «радикальные левые» в США, Европе и Израиле. Речь идет о добровольной моральной слепоте, из-за которой идеологическая теория порабощает реальность до ее полного сокрушения. Прямая линия тянется от поддержки Фуко в адрес Хомейни до утверждения Джудит Батлер о том, что резня 7 октября — это «акт сопротивления», а не преступление против человечности.
В их стерильной лаборатории, как только определяется, что одна группа является «угнетенной», а вторая — «угнетателем», сами действия уже не имеют значения. Изнасилование женщин — это «освобождение», а обезглавливание младенцев — «деконструкция властных структур». Интеллектуальный психоз, неспособный вместить в себя зло, если оно исходит с «правильной» стороны карты. Спустя 50 лет способность стирать ужасающие человеческие страдания во имя академических категорий «угнетенный» и «угнетатель» только усовершенствовалась.
Те, кто «удостоился» учиться в тех самых якобы «элитных» учреждениях — не рекомендуется обладателям свободного мышления, — ставших инкубаторами идеологии, продолжают обеспечивать моральную основу для варварства, как и Фуко; они так же влюблены в эстетику революции и игнорируют сущность палача. Для них Иран и Хамас — «герои» только потому, что они враги Америки и Израиля. Ради этого они игнорируют крики иранских женщин, которых казнят за неношение хиджаба. Что ж, эти страдания не вписываются в нарратив, где Запад — агрессор, а мусульманин — жертва.
Подобно им, израильские радикальные левые отрицают фашистский характер Хамас, «Хезболлы» и Ирана, чтобы служить мечте о демонтаже еврейского государства. Неудивительно, что его представители выходят в эти дни на демонстрации против войны в Иране, которую они рассматривают как империалистический акт. И так же, как они свысока смотрят на арабов Израиля, которые осмеливаются поддерживать сионизм — пожать руку арабу, выбравшему службу в ЦАХАЛ? Откуда у него как у араба право на свободный выбор?! — так же они утверждают, что иранцы, сражающиеся за свою жизнь против режима, являются агентами Моссада.
Сочетание невежества, поверхностных теорий и массового психоза создало религиозный фанатизм под маской интеллекта. Преимущество очевидно: фанатизм опирается на убеждения, защищенные от опровержения. Любой результат — это победа: успех — это «божье благословение», а неудача — «наказание» за грехи оппонентов. Для фанатиков даже противоречащее реальности поведение будет истолковано как часть заговора по маскировке абсолютной истины. Эти механизмы превращают фанатизм в неприступную логическую крепость. Она не стремится проверять себя реальностью, а стремится прогнуть реальность, пока та не будет соответствовать ее священному нарративу.
Тот, кто оправдывает 7 октября как «сопротивление» и выступает против войны с режимом, стремящимся нас уничтожить, называя это «ориенталистским актом», является духовным наследником Фуко. Последний, кто так и не покаялся, согласился лишь сказать, что нет права судить иранскую «истину» западными инструментами. Интересно, что думают об этой гуманистической интеллектуальности многие миллионы тех, кто заплатил и до сих пор платит своими жизнями и свободой. Слепота Фуко была трагедией. Ее повторение в 2023 и 2026 годах — это уже кровавый фарс. Радикальные левые снова выбирают сторону палачей, будучи при этом убежденными, что держат факел справедливости. Факел, за защиту которого Запад и Израиль борются всеми силами. Особенно в эти дни.
