Вальс с аятоллами

Шаг вперед, два назад. Изящный венский вальс на персидском ковре, усеянном минами, под ритмы, задаваемые аятоллами. Это танец, в котором одна сторона действует одномерно, а вторая играет в многомерные шахматы, где доской является Ближний Восток, а фигурами — запасы урана, центрифуги и Египет. Переговоры о завершении войны между США и Ираном ведутся по методу персидского базара. Пока дискуссия по ядерному вопросу намеренно затягивается, Тегеран использует возникший вакуум для закрепления фактов на местах.

Наряду с возобновлением военного усиления, план режима (который до сих пор отвергался Дональдом Трампом) включает размывание требования о вывозе из Ирана запасов урана, обогащенного до 60 процентов. В отсутствие надзора МАГАТЭ, которое уже долгое время находится вне игры, возникает опасение исчезновения этих запасов на бескрайних просторах персидской пустыни — событие, которое может стать серьезным вызовом для разведслужб Запада. В этих тревожных обстоятельствах мир рискует проснуться в реальности «тихого прорыва», когда у Ирана появятся возможности для проведения ядерного испытания без шанса предотвратить это в режиме реального времени.

Использование Пакистана в качестве посредника добавляет еще один уровень риска. Речь идет о стране, которая сама является ядерной державой с запутанной системой центров силы, не находящейся в фокусе израильского разведывательного сообщества. У Исламабада сложные отношения с Ираном, что не способствует пониманию тонкостей динамики между сторонами и ставит Запад в проблематичное положение, когда Пакистан становится привратником переговоров, и без того страдающих от хронических разрывов в коммуникации.

При этом Ормузский пролив становится главной осью диалога огнем между США и Ираном: режим использует этот мировой торговый путь как удавку и в любой момент напоминает Западу, что даже без бомбы способность парализовать мировую экономику находится в его руках. Трудности американцев в понимании персидского менталитета заметны как никогда. Вашингтон пытается сохранить дискуссию в низком профиле, но администрация Дональда Трампа разрушает любую попытку прогресса. Непостоянные высказывания президента делают любое потенциальное понимание временным и имеющим ограниченную ценность в глазах иранцев.

Отсутствие профессиональной команды для переговоров по ядерной программе, отсутствие вовлеченной международной коалиции и волатильность позиций мешают представлению единого и четкого фронта против аятолл. Так или иначе, готовность режима заморозить обогащение на 15 лет является позитивной точкой опоры для продолжения переговоров, но это канат, который, не факт, что президент Дональд Трамп умеет держать за оба конца.

Отсутствие ясности в целях кампании, значительный разрыв в заблаговременном планировании политических действий и согласовании границ секторов, а также путей приведения Ирана к ним, заметны и сейчас. В отношении Израиля картина не обнадеживает: подобно происходящему в Газе и Ливане, снова очевидно отсутствие стратегии «дня после». Израиль и его партнеры на Западе (по крайней мере, в ядерном вопросе, такие как Германия, Великобритания и Франция) оттесняются на обочину, в то время как Дональд Трамп ищет какой-либо вариант выхода из конфликта даже без соглашения, ввиду своих внутренних ограничений.

В этих обстоятельствах шанс на создание «улучшенного соглашения Обамы» невелик, и даже если таковое будет достигнуто, в ключевых позициях Иран сохранит свои активы: продолжение разработки ядерных технологий, ракет большой дальности и поддержку прокси. Несмотря на сокращение ключевых возможностей режима, его способность к восстановлению быстра, как и его способность адаптироваться к меняющейся реальности — от морской блокады до санкций. Вальс с аятоллами вряд ли закончится в ближайшее время, но когда музыка смолкнет, Запад может оказаться в одиночестве на танцполе, в то время как его партнер по танцам снимает купоны, а персидский ковер внезапно уходит из-под ног игроков.