Верховный суд загоняет правительство Израиля в «кораль»

По всей видимости, тот, кто верит в демократию и судебную сдержанность, должен сделать глубокий вдох и радоваться тому, что суд еще не принудил правительство Израиля создать государственную следственную комиссию — комиссию, членов которой назначает председатель Верховного суда. Как и в случае с петицией по требованию юридического советника правительства уволить министра национальной безопасности, здесь Верховный суд также отступил из-за опасений перед общественным мнением и страха дойти до стадии неповиновения со стороны правительства Израиля его вердиктам.

Но было бы ошибкой рассматривать это судебное решение, как и решение по вопросу увольнения Итамара Бен-Гвира, как отступление. В обоих случаях Верховный суд загоняет правительство Израиля в «кораль» — узкий загон, ведущий коров на убой. В деле Бен-Гвира он создал беспрецедентный механизм, в рамках которого была установлена процедура под надзором юридического советника правительства в отношении всех назначений, которые совершает министр в полиции Израиля; процедура, которая в будущем может быть применена к назначениям других министров, например, к тем, которые министр обороны будет утверждать в армии и в Генштабе.

Снова создан механизм, которого не существует ни в одной стране мира, позволяющий старой гегемонии, контролирующей Верховный суд, блокировать назначения, угрожающие ее власти в стране. Ведь назначения новой гегемонии подозреваются нынешними гегемонами как «угроза демократии», что на самом деле является угрозой их контролю над государством.

БАГАЦ, по всей видимости, дает государству дополнительный запас времени для продвижения вопроса о следственной комиссии. Но, во-первых, он взял на себя полномочия приказывать правительству создать следственную комиссию, что является беспрецедентным в мировом масштабе. Во-вторых, он постановил, что необходимо прийти к модели следственной комиссии на основе широкого согласия. И я напоминаю, что именно правительство предприняло беспрецедентный шаг и было готово создать паритетную следственную комиссию — комиссию, в которой оппозиция и коалиция имеют равное представительство. Оно не обязано было этого делать. И все же оппозиция выступает и против этого, и вообще нельзя ожидать законодательства на основе широкого согласия в Израиле, поскольку речь идет об очень поляризованном государстве, и любое предложение правительства автоматически наталкивается на сопротивление оппозиции. Поэтому это не сработает.

Также предположение о том, что выборы будут сосредоточены вокруг следственной комиссии, является сомнительным. Как можно знать, вокруг чего будут вращаться выборы? Вокруг победы в войне, вокруг 7 октября или вокруг борьбы с «дипстейтом»? Даже странное высказывание судьи Офера Гроскопфа, который основывал свое предположение на том, что в обществе существует широкое согласие относительно создания государственной следственной комиссии, базируется на опросах, с которыми он ознакомился в левых СМИ — опросах, сформулированных манипулятивно. Слово «государственный» звучит для людей хорошо, но если спросить, предпочитает ли общественность комиссию, членов которой назначит Ицхак Амит, или комиссию, в которой оппозиция и коалиция назначают членов в равном соотношении — результаты опросов немедленно меняются.

Суд вообще не должен заниматься этим вопросом. Он должен оставить эту тему политической системе. И если система решит не создавать следственную комиссию, судить ее будет общественность у избирательных урн, а не суд. Но израильская юристократия жаждет неограниченной власти, и мысль о том, что есть темы, которые останутся вне ее полномочий, является для нее мерзостью.

Но, как уже было сказано, в мире нет прецедента ситуации, когда суд принуждает к созданию следственной комиссии. Только в Израиле это воспринимается как легитимный акт, потому что только в Израиле существует системная патология — структура власти, в которой сувереном является судья, а не избранники народа.