Вмешательство Верховного суда в процесс избрания государственного контролера — шаг слишком далеко

Промежуточный судебный приказ, изданный Верховным судом по вопросу избрания государственного контролера, поднимает более широкий вопрос в свете многочисленных трудностей, вытекающих из этого решения: когда суду уместно вмешиваться в процессы, относящиеся к законодательной или исполнительной власти, и когда именно судебная сдержанность защищает баланс между ветвями власти?

Первая трудность проистекает именно из позиции двух важных «стражей порога». Юридический советник правительства (которая была уволена и занимает должность только благодаря защите Верховного суда), в других случаях не колеблющаяся вмешиваться и даже занимать активные позиции против любого шага правительства или назначения кандидата, на этот раз предпочла этого не делать — несмотря на то, что часть петиций включала утверждения об институциональном конфликте интересов на фоне частного представительства премьер-министра.

Рядом с ней стоит юридический советник Кнессета. Ее позиция, которая на протяжении многих лет имела большой вес, — это не позиция коалиции или оппозиции, а позиция юридического советника учредительной власти. Она также постановила, что нет места для судебного вмешательства, в отличие от иных процессов, таких как рассмотрение Верховным судом вопроса о «принципе разумности». Трудно понять, как в ситуации, когда оба «стража порога» считают, что речь не идет об исключительном случае, оправдывающем вмешательство, суд находит основания для того, чтобы нарушить механизмы сдержек и противовесов между ветвями власти.

Изменение правил игры

Но по-настоящему важный вопрос — это изменение правил игры задним числом. Вопрос о том, является ли тайна голосования правом, обязанностью или сочетанием того и другого, — сложная юридическая дилемма, требующая решения. Однако даже если суд считает, что необходимо установить новую норму, она должна применяться на будущее. До сегодняшнего дня не существовало четкого законодательного положения или ясной нормы, устанавливающей, что нарушение тайны голосования ведет к аннулированию выбора, поэтому депутаты Кнессета действовали согласно правилам, известным им в режиме реального времени.

Если сейчас будет установлено, что речь идет о столь глубоком упущении, затрагивающем основы государственного управления, что выбор необходимо аннулировать, трудно представить, как такое решение не отразится на прошлом. Ведь это не первый случай, когда, по всей видимости, была нарушена тайна голосования. На протяжении многих лет в Кнессете проводилось множество тайных голосований. Означает ли это, что все эти выборы сегодня стоят под вопросом? Если есть необходимость установить новую нормативную базу, роль судебной практики — формировать ее на будущее, а не изменять задним числом результаты процессов, проходивших по правилам, действовавшим в то время.

Даже повторное голосование не исправляет изъян. На принципиальном уровне изменение правил игры после завершения процесса — это и есть настоящий ущерб. Даже если результат будет идентичным, само вмешательство представляет собой попрание конституционной нормы, согласно которой правила игры известны заранее. Это еще одна черта, которую суду следует остерегаться переходить.

Ущерб общественному доверию

И, наконец, есть человеческий фактор. На словах в Верховном суде говорят, что обсуждения «не касаются личности, а касаются сути дела», но это фактически игнорирование конкретного человека. Это верно в отношении главы Шабак Давида Зини и главы Моссада Романа Гофмана, обоих из которых я представлял, и это верно также в отношении адвоката Михаэля Равило. Даже если существует юридический спор относительно того, как правильно действовать в дальнейшем, нет реального спора о профессионализме и компетентности адвоката Равило, который решил оставить успешную частную карьеру из чувства долга перед государственной службой, и большинство депутатов Кнессета выбрали его для национальной задачи государственного контролера.

В макроперспективе мы находимся на неделе, когда суд предотвращает публикацию уже подготовленных заключений государственного контролера, вмешивается в работу контролера, а теперь еще и в процесс его избрания — и все это в период, когда ведутся основополагающие дискуссии о составе комиссии по выбору судей, когда система сдержек и противовесов висит на волоске. Не выражая позиции по каждому из процессов по существу, кажется, что это не то дело, которое укрепит общественное доверие к Верховному суду, разделение властей или независимость судебной системы. Напротив — может быть, это будет тот случай, когда мы выплеснем ребенка вместе с водой. И здесь это не тот случай, который заслуживает вмешательства. Даже после промежуточного приказа суд должен отклонить петиции и утвердить его назначение.

Автор является частным представителем от имени правительства высокопоставленных лиц системы безопасности на обсуждениях, проходящих в Верховном суде.