Выбор Рабило — это только начало: следующая битва уже в пути

Бурный раунд выборов, состоявшийся в среду вокруг избрания государственного контролера, в некотором смысле является «много шума из ничего». Почти никто всерьез не читает объемные отчеты, которые контролер публикует время от времени. СМИ уделяют им внимание лишь на час-другой, после чего все возвращаются к привычной повестке дня.

История института государственного контролера — это, по сути, хроника смены гегемоний в Израиле. До 1977 года офис контролера был довольно серым ведомством. Однако после «переворота» в его роли произошли глубокие изменения. Первой была судья Верховного суда в отставке Мирьям Бен-Порат, которая сделала это ведомство «зубастым». Пика институт достиг в период работы колоритного судьи Михи Линденштраусса, известного своей любовью к вниманию СМИ, которые платили ему сочувственным освещением, особенно когда он критиковал правые правительства, находившиеся у власти большую часть того периода.

Но, как известно, старой гегемонии на самом деле безразличны и Верховный суд, и офис государственного контролера, и другие институты. Ей есть до них дело лишь до тех пор, пока они служат целям сохранения центров силы той самой группы, которая видит себя законной наследницей исторической МАПАЙ. Поэтому, как только правые правительства осознали, что институт государственного контролера стал центром силы для конкурирующей социологической группы, они начали назначать на эту должность своих людей.

С момента избрания таких фигур, как Матаньяху Энгельман, а теперь и адвокат Михаэль Рабило, отождествляемых с социологическими группами правого политического фланга, офис государственного контролера вновь стал серым ведомством. Это проистекает как из формалистского характера этих людей, так и из того, что они больше не выполняют роль, которую предназначала этому институту старая гегемония.

Это было особенно заметно в связи с отчетами контролера о событиях 7 октября. Внезапно Верховный суд начал действовать в направлении сокращения полномочий контролера, вопреки закону и, по всей видимости, вопреки своему собственному постановлению по делу о катастрофе на горе Мерон, где суд не усмотрел противоречий между деятельностью государственной следственной комиссии и публикацией отчетов контролера по той же теме. Старая гегемония, доминирующая в Верховном суде, приняла логику, которую когда-то выразила министр Мири Регев: «Чего стоит корпорация, если мы не можем ею управлять?». Согласно этой концепции, офис государственного контролера перестает быть важным, как только ты теряешь над ним контроль.

Теперь мы ожидаем подачи петиций в Верховный суд против процедуры избрания адвоката Рабило. В их центре, как ожидается, будут стоять два принципиальных аргумента. Первый: ненадлежащим является назначение на должность контролера частного адвоката того, кто должен быть главным объектом проверки — премьер-министра. Второй: процедура выборов была скомпрометирована из-за съемок внутри кабины для голосования, что, по всей видимости, нанесло ущерб тайне голосования.

Предположим, юридический советник правительства заявит, что не может защищать это назначение. И это несмотря на то, что адвокат Ханан Мельцер был назначен в Верховный суд после занятия политических должностей в партии «Авода», и несмотря на то, что при избрании государственного контролера в 2019 году депутаты Кнессета от партии «Наш дом Израиль» фотографировали себя голосующими за Энгельмана после пресс-конференции, на которой Авигдор Либерман объявил, что «наше слово — это слово».

Более интересный вопрос заключается в том, какой состав судей назначит Ицхак Амит для рассмотрения этих петиций и возглавит ли он его сам. Этот случай ставит Амита перед дилеммой. С одной стороны, его естественная склонность — принимать почти любую петицию, касающуюся назначения лиц, отождествляемых с «новой гегемонией». Достаточно взглянуть на позиции, которые он и Дафна Барак-Эрез выражали по вопросам назначения Зини главой Шабак, Гофмана главой Моссад и по вопросу назначения комиссара по делам государственной службы. С другой стороны, Амит известен как великий соперник Йосефа Эльрона, и между ними, как известно, текла «дурная кровь» еще с тех времен, когда Амит занимал должность судьи в окружном суде Хайфы под председательством Эльрона.

Интересно отметить, что имя адвоката Рабило недавно упоминалось как кандидата, на назначение которого судьи Верховного суда могут согласиться в качестве судьи, отождествляемого с правыми, в отличие от их упорного сопротивления назначениям доктора Авиада Бакши и доктора Рафи Битона.

Ведь адвокат Михаэль Рабило — сын профессора Мордехая Рабило из Еврейского университета. Он сам является частью юридической элиты Израиля, даже если отождествляется с правыми. Никто не оспаривает его приятные манеры и профессиональные навыки. Поэтому, если его дело дойдет до порога Верховного суда, вопрос, как это часто бывает в последние годы, будет заключаться не только в том, каков закон, но и в том, как Ицхак Амит решит сбалансировать свои институциональные и идеологические склонности с личной и профессиональной сложностью дела.

Автор — эксперт по конституционному праву и основатель «Масад ха-Арец» — исследовательского института народа Израиля.